Этот легкий укус заставляет меня застонать. Я сжимаю его голую задницу и приподнимаю бедра, чтобы прижаться к его напряженной эрекции. Снова оказаться в его руках, пусть даже всего через пару дней после его отъезда, напоминает, как же мне это нравится. Грубая химия между нами. Как же сильно я люблю его.
Дрожь возвращается, когда он начинает целовать мои груди. Матерь божья, мои сиськи – гиперчувствительны, перед глазами все плывет.
И после нескольких недель, в которые Гаррет не замечал мои постоянные походы в туалет и благоприобретенную тошноту от запаха яиц, он замечает кое-что именно в этот момент: мои набухшие, нежные груди.
"– Боже, у тебя такие полные сиськи, – бормочет он, зажимая их обеими ладонями. – У тебя скоро месячные?
Я едва не разражаюсь смехом.
«Сделай это сейчас, – приказываю я себе. – Признайся ему».
Я хочу сказать, это идеальная возможность.
«Ну, видишь ли, месячных у меня не было уже два месяца. Сюрприз! Я беременна!».
Но тогда он прекратит делать это: опустив голову, посасывать мой ноющий сосок.
Он тоже это чувствует и громко стонет.
– Господи, – стонет он. – Это все для меня?
– Всегда, – бормочу я ему в губы.
Он снова целует меня, его язык ищет мой, тогда как он погружается в меня, его толстый, длинный член заполняет меня до конца.
В ответ я заткнулась и сказала продавцу, что мы хотим этот ковер. Теперь я перекатываю его на спину и сажусь верхом на его мускулистые бедра, когда он толкается вверх, полностью заполняя меня.