Мы ещё поговорили об исследователях, о том, как себя вести, если за тобой наблюдают, а именно – лицедействовать и притворяться таким, каким нас хочет видеть зоолог: тогда нас примут за нормального зверя.
Урок кончился, а вместе с ним и все занятия на сегодня. Теперь пора было пойти устраиваться и обживаться. А ещё прочесть наконец правила, пока я ни с кем не подрался.
Например, правило второе гласило: «Каждый обитатель школы обязан держать в тайне существование оборотней. Запрещено снимать превращения на камеру».
Под пунктом четвёртым значилось: «Если хищник собрался съесть добычу, он сначала должен удостовериться, что перед ним не оборотень».
От седьмого правила я захихикал: «Школа – это общее место обитания. Никому не разрешается помечать свою территорию внутри школьных стен – за исключением двери своей комнаты». Да уж, что бы началось, если бы каждый оставлял в углу свой запах. Или, как говорится у людей, справлял малую нужду.
Я уладил этот вопрос позже, снаружи, когда в облике пумы исследовал окрестности: реку, озеро с островом, дремучий сосновый лес, пахнущий смолой.
На одной поляне я улёгся на солнце среди последних цветущих анемонов и поздравил сам себя с новой школой. Вот бы и другие учителя оказались хоть вполовину так же добры, как мистер Бриджер, – тогда бы жизнь здесь была почти идеальной, и плевать на волков.
"Вечером, почистив зубы, я рухнул без сил в кровать. Брэндон натянул одеяло до самого носа – так, что его фланелевую пижаму в бело-голубую полоску совсем не было видно. Он читал на ночь какого-то «Гарри Поттера». Наверное, это книжка про сов: на обложке была сова.
– Доброй ночи, – вежливо пожелал он мне, выключая свою настольную лампу.
Я совсем забыл спросить Холли, почему же так плохо жить в одной комнате с бизоном. Но посреди ночи я узнал это сам.
Сила бизона
Меня разбудил жуткий грохот, звон, треск и рёв.
– Брэндон? – осторожно позвал я, и гигант мигнул глазами.
– Э-э-э, да? – услышал я в своей голове его сонный ответ.
Самец бизона стоял на обломках того, что раньше было его кроватью.