– Химические средства запрещены!
Хуанита от радости сплясала всеми восемью лапками. Если бы не эта оплошность её противницы, Хуанита бы проиграла.
Вдруг дверь в зал распахнулась. Все головы обратились в сторону двери.
– Я думала, экзамены прерывать запрещено, – шепнула Холли. – Кто бы это мог…
Я онемел: в зал вошёл сам Эндрю Миллинг! За ним следовали высокий мускулистый оборотень, очевидно телохранитель, и женщина-змея, которая тогда заезжала за мной в школу.
Миллинг безупречно вежливо склонился перед педагогами и улыбнулся всему обществу.
– Благодарю вас, мисс Кристалл, что позволили мне наблюдать моих подопечных на экзамене.
– Это честь для нас, – отвечала директриса, – но боюсь, вашим сопровождающим придётся остаться снаружи.
Миллинг жестом отослал свою свиту за дверь и занял свободное место среди педагогов. Сара Кэллоуэй одарила его таким обожающим взглядом, что меня просто затошнило.
Мысли метались в моей голове лихорадочно, как затравленный заяц.
– Караг! – прогремело по залу. – В зверином обличье, пожалуйста.
Меня вызвали. В зале стало жутко тихо.
Совершенно сбитый с толку, я встал, не чувствуя пола под ногами, и невольно посмотрел на Миллинга. Он ответил мне холодным пренебрежительным взглядом.
– Давай превращайся! – зашептал Брэндон. – В зверином облике же надо!
– Ну, давай же! – нервничала Холли.
Смогу ли я вообще сейчас сражаться? Меня же ноги не держат! А что, если это как раз случай навсегда избавиться от Миллинга? Если я проиграю бой, он наверняка потеряет ко мне всякий интерес и отстанет от меня.
Но ведь если я проиграю – я провалю экзамен! И останусь на второй год! И если я буду скверно сражаться, разочарован будет не один Миллинг – расстроится Лисса Кристалл, а она так на меня надеется.
– Караг! Мы ждём! – напомнила директриса.
Придётся соответствовать.
– Тимбукту, – прошептал я и представил себя пумой – и вот я уже превратился в хищную кошку.
Меня отнесли к тем немногим, кто должен был сражаться с самим Биллом Зорки. И если волки из стаи Джефри отважились нападать на меня только парами, Биллу напарник был без надобности.