Троюродный брат его основного ученика, княжич Василий Старицкий остервенело махал деревяшкой, пытаясь отплатить другому княжичу, Семену Курбскому, за увесистый удар по шелому. Уже второй раз подряд пропущенный, между прочим, отчего ему было особенно обидно.
— Вы куда смотрите, ротозеи!!! Плетей захотели?!
Трое постельничих сторожей, помогающих боярину следить за учебным процессом (не самому же ему новые ветки ивняка ставить да убирать изрубленные), и без того уже навели порядок.
Тут будет реклама 1
Но все равно виновато потупились. Потому как знали — случись что, никто из родителей родовитейших мальцов не будет разбираться, кто именно недосмотрел, разом всех на дыбу отправят. А вот там их уже и поспрашивают с огоньком да пристрастием, когда они злодейство свое умыслили, да кто в пособниках числится, и нет ли за ними еще каких грешков…
— Так. Ты становись против Петра, а ты взамен него прутняк секи.
Юный Курбский, сияя довольной улыбкой, тут же развернулся к новому противнику.
Тут будет реклама 2
А княжич Старицкий с явным раздражением поправил шелом, перекосившийся от энергичных взмахов, и отправился вымещать поднакопившуюся злость на гибких ветках ивняка. Канышев окинул малолетних учеников внимательным взглядом, отмечая первые признаки приближающейся усталости, довольно ухмыльнулся и вернулся к своему подопечному. Вот уж кто ни разу не устал — даже, наоборот, слегка прибавил скорости! Что же, значит, пришла пора подобрать ему клинок потяжелее.
Тут будет реклама 3
— Два шага на меня.
Сшшдон! Ссшии-ссшшдон!
Лениво атакуя и аккуратно отбивая детские удары, боярин терпеливо ждал, пока наследник запыхается от взятой им скорости. Ничего особенного, конечно. Для него. Удар — отбив, ложный мах с переводом в ноги, опять удар, слегка чиркнувший по выставленной вперед ноге…
— Хм?!
Несложный финт, в конце которого прозвучал легкий булатный звон, еще пара ударов — и боярин сам отошел назад, с интересом разглядывая царевича.
Тут будет реклама 4
Повод для такого интереса у него был, причем немаленький: еще на первом занятии он выяснил, что саблей будущий царь владел откровенно плоховато. Даже, пожалуй, не плохо, а вообще никак — словно бы и не учил его клинку с пяти лет опытный в воинском деле дядька. Кхм… Царствие ему небесное и вечный покой. М-да.
