С трудом оторвавшись от разглядывания всей этой пестрой книжной палитры, мужчина повернул голову обратно — и замер, наткнувшись на небольшой столик, на котором вальяжно возлежал дорогущий даже на вид ноутбук. Задумчиво помаргивал огоньками радиомодем, рядом с ним высилась немалая стопка дисков… Вот тебе и деревенский дедушка-пенсионер!
— Возьми. Сиди спокойно.
Приняв обратно толстую историю своих болезней, проситель (а в этом уже никто и не сомневался) послушно замер. Но глазами ему шевелить не запрещали и уж тем более не могли запретить смотреть в небольшое зеркало, висящее как раз напротив, — и он глядел, как хозяин опять водит по воздуху рукой.
— А?
Переход на русский тоже не помог. Нет, по отдельности слова звучали вроде бы и знакомо, но вместе складывались в такую тарабарщину!
— Отец, я же человек военный, мозгами не обремененный, мне бы попроще.
— Ходить тебе на ногах от силы год, потом коляска понадобится. Так понятней?
Удар судьбы капитан принял достойно, разве что уголок рта покривил.
— Поможешь?
Но вредный дед опять проигнорировал вопрос, вместо ответа задав свой:
— Женат?
— Уже нет.
Повинуясь требовательному взгляду, Георгий добавил подробностей:
— Еще семь лет назад разбежались.
— Дети?
— Нету. Отец, не крути, скажи как есть!.. Можешь помочь или нет?
Хозяин дома немного прошелся, раздумывая, затем протянул с непонятной интонацией:
— Любую цену?.
— Чего?!
Будто не слыша возгласа, Виктор Николаевич опять зашел за спину и легко коснулся позвоночника. Побледнел, сгорбился… И тихо договорил:
— Надумаешь — приходи.
Разочарованный и (чего греха таить) едва сдерживающий матерные слова мужчина кое-как встал со стула. И замер. Мучительница-боль исчезла!..
— Это ты как это, а?
— Иди.
Много слышал приказов капитан, еще больше отдал сам, но таких, когда вначале начинаешь выполнять, а потом осознаешь, что именно!.. Таких на его памяти было маловато. Притормозить ему удалось только у калитки, а полностью остановиться — уже за нею. Постоял. Подумал, время от времени поводя плечами и проверяя, не ушла ли подзабытая легкость движений (а ведь потихонечку уходила!), и решительно пошел к ожидающей его машине — назначенная цена его устраивала.