Женщинам, чьи мужья погибли, была уготована жизнь в монастыре или в доме отца. Вдова… кому нужна вдова?
Создатель, почему? Почему моя всегда отличавшаяся спокойствием и рассудительностью сестра лишилась всего в одночасье. Потеря ребёнка. Как справиться с этой болью? КАК?
Неожиданно, тёплые руки опускаются на мои дрожащие. Я испуганно распахиваю глаза.
Наследник!"
"Его Высочество обеспокоенно заглядывает в мои глаза, сжимая одной своей рукой обе мои ладошки всё ещё сминающие бумагу. Он сидит на корточках, и наши лица практически на одном уровне, и я неожиданно резко подскакиваю со своего места.
Птичкой в клетке забилось сердце. В этой маленькой беседке на краю шикарного сада наследник казался слишком огромным, он буквально затмевал собой свет, бьющий где-то там за его спиной. И самое страшное, что я испугалась не расположения мужчины к себе так близко и того, что рядом с нами никого нет.
– Простите, я не хотел вас испугать, – тихо и серьёзно говорит наследник, вглядываясь в мои глаза и ища ответы на какие-то свои вопросы.
– Нет… нет… Это вы меня простите, я вас не заметила.
Опомнившись, приседаю в реверансе. Поднимаю голову, но стараюсь не смотреть в глаза. Мой взгляд блуждает по выложенному камню под ногами.
Угнетающая пауза затягивается, и я всё-таки решаюсь поднять свой взгляд на наследника. В мечтах я надеялась, что он выйдет, уйдёт и не станет спрашивать, но…Наследный принц Тарии был слишком добросердечен к своим подданным.
– Что вас так расстроило?
Бумага в моей руке затрещала от той силы, с которой я её сжимала. Благо Создатель не одарил женщин силой, в таком состояние мне кажется, что я бы могла сровнять с землёй великую долину Корфтон.
– Ничего, простите…
– Вы лукавите, – констатация факта, наследник прищуривает взгляд, а я вновь теряюсь.
– Нет, что вы! – в спешке оправдываюсь я. – Просто…соскучилась по дому, давно не видела Наиль.
Ещё одна ложь за сегодня. Меня не отпускали, но я всё равно приседаю в реверансе и пытаюсь обойти наследника по дуге, но он заслоняет собой весь проход. Я вынуждена остановиться, не дойдя шага до выхода.
– Я же вижу… – вкрадчивый голос, он полон беспокойства и какой-то печальной нежности.