Я едва не упала во время столкновения.
– Что с вами? – последовал вопрос.
Отступила и опустила взгляд. Что я могла ответить? Сейчас я могла лишь надеяться, что в полумраке не видно моих слёз.
– Почему вы молчите?
– Простите, я спешу, – то единственное, что я смогла вымолвить, не поднимая глаз и обхватывая себя руками."
"– Спешите? – улыбка в голосе. – Если это по моей вине, то уверяю вас, вы не опоздали, скорее напротив. Я надеялся встретить вас на балу, но, к сожалению, выяснилось, что некоторые вопросы нельзя решить без моего непосредственного вмешательства.
Так легко и просто он говорит о сторонних вещах в тот момент, когда меня разъедает это непостижимое ранее чувство!
Напускная весёлость в голосе наследника прибавляет мне сил. И я, невзирая на то, кто передо мной, поднимаю взгляд, в котором плещет обида вперемешку со злостью. Слишком гордая, я слишком люблю себя, чтобы потом все, смотря на меня, смеялись или опускали глаза, как в случае с Морель. Я же всё прекрасно понимаю. Красивая девушка не смогла или не захотела сказать нет… Только я не она! Я смогу! Невзирая на клубящийся рой чувств в глубине сердца.
Сейчас мне особенно явственно понятно к чему эта помощь и приглашение на прогулку! Взыгравшая гордость перекрывает мысли.
Пусть наследник, но я всё равно не согласна на эту роль, я её просто не вынесу. А роль у мимолётного увлечения только одна и она незавидна! Перед глазами лицо Морель полное разочарования и загубленной гордости. А ведь ей больше нечего было сказать, просто нечем оправдаться.
Чёрные брюки, красный камзол с золотой цепью от плеча до пуговицы на груди, то единственное, что говорит о принадлежности к Повелителю. Притягательный, опасный для моей чести и обжигающий для сердца. Опасно находиться рядом, особенно сейчас, когда все чувства оголены.
Заглянув в мои глаза Его Высочество хмурится, старательно делая вид, что не понимает.
– Простите, но я вынуждена отказаться от вашего несомненно лестного для меня предложения, – голос предательски надломился.
После произнесения этой фразы мне вот тут в полумраке лестницы стало как-то слишком холодно. По телу побежали мурашки, а взгляд наследника, не скрывая обиды, впился в лицо.