Если доведёте кого? Неет… — качает головой. — Я даже за сто тысяч такой грех на душу не возьму. Отойдите немедленно и проспитесь!
— Ну поругались мы, — ставлю локти на стойку и нависаю. — Жену прихватило, она скорую вызвала. Приехал, как смог…
— Не могу я, мужчина! — Всплескивает на эмоциях руками. — Не положено. Идите к начальству, если хотите. По жене вашей отдельное распоряжение не пускать…
— Я понял. — Скулы сводит от новой неуместной волны ревности. — Куда идти? — Резко разворачиваюсь от стойки, стискивая кулаки.
Значит спряталась ты от меня Мария. За оленем своим породистым. Сука одногруппник… Да ты просто идиот, Буров, раз решил, что скорая может сама привезти пациента в частную клинику. Но как? Маша была без сознания. И это точно. Парни сопровождали…
— Двадцать пятый кабинет… — летит мне в след."
"Но мне кажется, что я и так уже знаю, куда идти.
Люди в коридорах расступаются, пропуская меня. Видимо, видок у меня и правда ещё тот. Двадцатый, двадцать второй… Двадцать пятый. Пиздец тебе, Руслан Анатольевич…
Открываю двери рывком с ноги.
— О! Я почти заждался. — Вирютин откидывается на спинку кресла и складывает на груди руки. — Спокойнее! А то охрану вызову, и поговорить не успеем, — с издевкой.
— Ах ты!
Его небрежный тон срывает мои и без того хлипкие тормоза. Я подлетаю к Руслану и поднимаю его за грудки над столом. Можно сейчас просто открутить ему голову, одно движение и…
— Где моя женщина? — Ощутимо встряхиваю Вирютина. — Быстро мне этаж, номер палаты и пропуск от дверей.
— Ты просто больной придурок! — оскаливается на меня Руслан. — Кому ты угрожаешь? Пациентам после операции? Женщинам в положении? Да тебя за это свои же грохнут. А я помочь могу. Пара движений, пара уколов феназепама, и открытое освидетельствование, что ты — психически неуравновешенный. Забудут о тебе через год, а через два ни у кого вопросов не возникнет, как ты кони двинул…
— Сука! — С силой швыряю его обратно в кресло.
— И у тебя тараканы в гостиницах появятся или вши, — он ядовито ухмыляется, — всякие разные мелкие неприятности накроют. Ты же знаешь, кто я и чья эта клиника. — Зло цедит сквозь зубы. — Что неприятно? — Срываясь на эмоции, он сметает со стола документы и подставку с канцелярией в стену. — Неприятно, когда на тебя находится сила Буров?
— Блять… — луплю стол и стекаю на ближайший стул.