Это было настолько нереально, что на несколько мгновений я усомнился в здравости своего рассудка.
Твою мать! Что происходит?! Марина рядом… Я догнал ее? Удержал? Снова изнасиловал? Что я, черт возьми, сделал?!
Почему я не могу вспомнить того, что было после ее отъезда? И то, что было до того, как она всадила в меня нож… Хотя это не так важно. Я совершил столько ошибок с ней, что даже не хочу знать, как довел нас до того.
Но она со мной… Со мной ведь? Я сжал руками ее хрупкое тело. Под пальцами ощущалась нежная прохладная кожа.
Я жадно сглотнул, превозмогая желание впиться в нее зубами и сожрать. Она только моя. Никуда не отпущу. Никому не отдам. Пусть хоть изрежет меня на лоскуты. Марина принадлежит мне. Мне!
Она сама признала это! Прыгая на моем члене, простонала громко и отчетливо.
На меня нахлынули воспоминания. Картинки, одна ярче другой, вспыхивали в мозгу, возбуждая с новой силой. Погребенная на дне озера ведьма, разговор с Мариной, мать и Диана, припершиеся в самый неподходящий момент… Пустой зал и мои отчаянные попытки объяснить многовековые устои. А потом… Потом Лилино зелье перестало действовать. Какого хрена?! Не хватило даже на неделю. Может, его нужно пить каждый день?
Не-е-ет… Я не смогу себя добровольно лишить того, что устроила Марина.
Оргазм, который она мне подарила, был чем-то нереальным. Такого со мной не было еще никогда. Все перепуталось, стерлось. Осталось только чистейшее удовольствие, которое парализовало тело, но одновременно, не затихая, мучило все нервные окончания.
Я ни черта не соображал, превратившись в клубок инстинктов и чувств. Остались только ощущения. Ощущение влажной кожи Марины под пальцами. Ощущение ее усилившегося аромата — карамели и грязного, отчаянного, траха. Ощущение ее стонов. Ощущение ее смазки, стекающей по моему члену. Ощущение ее набухшей подпрыгивающей от каждого движения груди. Ощущение тугих горячих сосков.