Неужели, сложно помочь мне?
Марина передразнила его:
— Неужели, сложно сказать мне нормальный комплимент?
Она потянулась к бардачку и открыла крышку. Наружу выпало что-то блестящее, и Марина едва успела подставить ладони, чтобы поймать… ожерелье.
Дух захватывало от такой красоты. Оно казалось невероятным. Все-таки, стоило себе признаться, что она была одной из тех, кто падок на красивые украшения.
Чем-то ожерелье напоминало корону. Только зубчики смотрели не вверх, а вниз. Они были украшены бордовыми камнями, которые завораживающе мерцали.
Дагмар улыбнулся:
— Ты еще не нашла подарок.
Марина непонимающе взглянула на него:
— Что?
— Ты не нашла мой подарок. Там, дальше. Посмотри внимательно.
Что он опять задумал? Марина осторожно держала на ладони переливающееся украшение.
— А это..?
Дагмар улыбнулся, и глаза тут же озарили лучики морщинок:
— А это нужно надеть.
Марина закусила губу, стараясь не подавать виду, как ей понравилось ожерелье.
— Оно для меня?
— Конечно.
— По какому поводу?
— Просто так.
Марина отчаянно искала подвох, но по профилю Дагмара вообще нельзя было что-либо понять.
— И… где твой подарок? — Она непроизвольно сжала в кулаке ожерелье — даже если Дагмар решит его отобрать, она не отдаст.
На этот раз он сам запустил руку в темное нутро бардачка и вытащил оттуда удлиненную блестящую коробочку.
— На самом деле, это подарок скорее для меня, чем для тебя.
Марина в недоумении раскрыла коробку и вытряхнула.
Что ж, похоже, Дагмар хорошо изучил ее предпочтения. Помада глубокого винного цвета с бархатистыми алыми переливами и ощутимым запахом вишни так и манила попробовать ее на губах.
— Тебе безумно идет этот цвет.
А он может быть романтичным. Всего-то стоило прямо сказать, что у нее на душе. Он не был одним из тех самовлюбленных козлов, которые требовали внимания исключительно к себе и раздраженно отмахивались от женских просьб.
Дагмар же, будучи отчасти зверем, оказался идеальным мужчиной. Марина улыбнулась своим мыслям. Почти идеальным.