И если таким голодным и горячим он может быть в страсти, то какой же может быть его злость и ненависть?
Если бы наказание шейха обрушилось только на мою голову, я… не выдержала… я бы призналась… сказала ему, как все получилось, и молила о прощении, потому что действительно солгала, обманула.
Чувства вспыхивают в груди весьма противоречивые. Я чувствую себя плохо, потому что совершила подлость, приняла личину другой…
Но… я помню, что сказал шейх, помню его отношение к истории дикого цветка, которую он рассказал, легенду, которую изложил.
Он не пощадил бы, узнай правду, а это означало подставить всех близких, всех людей, которые хоть как-то имеют отношение к моей семье.
— Хватит!
Ударяю раскрытой ладонью по кафелю и чувствую боль. Сцепляю зубы. Лучше так. Пусть лучше рука болит, чем сердце ломит.
— Аяз не пощадил бы никого. Ты знаешь, Мелина. Ты все знаешь… — вновь выговариваю слова, чтобы дошло до моего воспаленного сознания.
Выключаю воду и выхожу из душа, сушу волосы феном, обмазываюсь кремами. Выполняю привычные действия, чтобы убрать со своего тела все посторонние запахи, а отметины… они пройдут через пару дней, не оставив ни единого следа…
— Все течет… все меняется… и это пройдет…
Повторяю как мантру, но, заглянув в зеркало, вижу только изломанную себя с потухшими, воспаленными от слез и воды глазами, с синяками под глазами, какую-то изможденную, осунувшуюся девушку…
Так странно.
Я лишь оболочка, бледная копия себя прежней…
— И это пройдет, — говорю своему отражению и улыбаюсь.
Получается не очень хорошо, но…
Выхожу из ванной. Каролина сидит на своей кровати. На столе фрукты, сладости, чайник с моим любимым травяным чаем."
"Отворачиваюсь от сестры, иду мимо и укладываюсь на свою кровать. Накрываюсь одеялом.
Я хочу просто уснуть. Уснуть и проснуться в другой реальности, а лучше просто очнуться от кошмара и найти себя в своей кровати, в своей комнате, улыбнуться и произнести:
— Приснится же такое…
Даже по какому-то наитию щипаю себя за руку, чтобы проснуться, вызволить себя из психологического триллера, в который меня окунуло с головой… но… ничего не получается.
Спальня не исчезает, а я не переношусь домой…
Не знаю, сколько лежу с прикрытыми глазами, на грани сна и яви, но вдруг ощущаю прикосновение к своему плечу…
Вздрагиваю. Поворачиваю голову и сестру вижу.
— У нас мало времени, Мелина, я все понимаю. Я чувствую, как тебе больно.
Кара вздыхает и садится рядом со мной.