Сестра, встрепенувшись, бросает осторожный взгляд по сторонам, убеждается, что никто не услышал моего вопроса, но родители заняты обсуждением грядущей свадьбы, а Фатима что-то вещает Айше… видимо, дает очередные приказы. Отсюда не слышу, а моя нянечка стоит ко мне спиной, я просто по холодному лицу новой жены отца понимаю, что там очередные приказы.
Но все же сестра меня занимает гораздо больше, чем кобра, которая проползла в наш дом и обвила отца так, что он теперь пляшет под ее дудку. Хотя должно быть наоборот, но… жена — шея, в какой-то мере эта фраза верна, пример я вижу во взаимоотношениях отца с его второй женой.
Наконец перевожу взгляд на сестру и смотрю на нее, когда моя Кара улыбается мне как-то горделиво и дает свой ответ.
— Это великая честь для любой девушки.
Мне кажется, она так отвечает, потому что Фатима, закончив наставлять Айшу, возвращается к нам и садится в бархатное кресло с золотыми ручками аккурат напротив меня.
— Пахлава какая-то приторная и подгорелая, — выдает как-то зло, а я чуть не давлюсь сладостью и поднимаю взгляд на мою старую нянечку, которая стоит с полными слез глазами, — сдает Айша, думаю, нам скоро понадобится новая помощница.
Сцепляю зубы, надеюсь, что скрежет слышен только мне.
— Пахлава приготовлена на славу. По старому рецепту мамы Айши. Она ее с детства так готовит, и здесь акцент на определенный сорт орехов, которые обжарены иначе. Это моя любимая пахлава, есть еще и традиционная, но так как ты сказала, что приказала приготовить все то, что по моему вкусу, моя няня сделала именно тот вариант выпечки, который мне нравится с самого детства.
Мои слова явно бьют по Фатиме, она выпрямляется в кресле и обращает на меня ненавидящий взгляд, а я игнорирую ее, встаю, откладываю тарелку и подхожу к Айше, обнимаю ее и благодарю от всей души за то, что не забыла, что именно я любила…
Когда-то давно этот дом был моим, но сейчас… сейчас он стал абсолютно чужим, только люди, к которым была с детства привязана, остались.
— Спасибо, Айша, твоя пахлава — это шедевр…
Моя пухлая нянечка улыбается и смотрит на меня своими бархатистыми темными глазами, в которых когда-то смешинки плескались:"
"— Спасибо, я помню, что моя госпожа любила именно «красную пахлаву», что готовят в селе, откуда я родом…
Разворачиваюсь и возвращаюсь к дивану под едкий взгляд Фатимы.
Не нравится, что она ничего не знает о традициях этого дома?!
Явно хочет и мне сделать выговор, но не получается.