Становится ко мне спиной, а я вижу, как натягивается рубашка на его плечах, и маму вижу, гордую и сломленную…
Я запомню этот кадр на всю жизнь, а еще слова отца навсегда отпечатаются у меня в голове:
— Хорошо, Аглая. Мы сделаем следующим образом. Мы спросим дочерей, с кем они хотят остаться, и да будет их воля законом…
Тогда я в слезах убежала, оставшись незамеченной… Я рассказала своей близняшке все, но Кара промолчала.
В тот вечер отец с матерью пришли к нам с вопросом и… Каролина решила остаться, а я… взяла маму за руку и попыталась поделиться с ней всей любовью, которая была в моем сердце…
Стук в дверь заставляет вздрогнуть и отбросить мысли.
— Войдите, — повышаю голос, и в комнату проскальзывает служанка.
— Госпожа… вы до сих пор не готовы?! Я пришла помочь вам с макияжем… вам нужна помощь? — спрашивает в священном ужасе, а я лишь пожимаю плечами, быстро забираю наряд и бегу в ванную, бросаю ткань на огромный диван, который тут стоит, а сама открываю кран и умываю лицо, стирая следы слез.
Я, как и моя мама, никогда не смогу принять наличие у любимого мужчины еще одной женщины. Как бы это все ни называлось…
И хорошо, что я не жена Аяза. Я лишь исполняю ее роль, которая затянулась, но…
Скоро я поменяюсь с Каролиной, и каждая из нас займет свое место, вернет свою жизнь…
Умываюсь усиленно и иду к дивану, забираю костюм, надеваю, даже на себя в зеркало не смотрю.
Мне больно. На душе какой-то шторм и предчувствие… это странное ощущение тяжести на сердце не покидает меня, лишь усиливается.
Вхожу в спальню и нахожу там ту самую девушку, которая смиренно ожидает меня.
— Помоги, пожалуйста, с макияжем, — заставляю себя улыбнуться и принимаю помощь девушки.
Я бы, может, и сама справилась, но при моих проблемах со зрением это немного проблематично. Поэтому решаю довериться опытным рукам.
Занимаю место у будуарного столика, и девушка, улыбнувшись, начинает порхать птичкой вокруг меня.
Макияж она даже без моих просьб наносит легкий.
До губ дотрагивается блеском, немного хайлайтера добавляет на скулы. Затем начинает укладывать мои волосы в замысловатую косу."
"— Шейха Мозина не любит распущенных волос, — поясняет тактично и прячет взгляд, а я понимаю, что как минимум нашла для себя временную союзницу в лице этой длинноносой девушки.
— Как тебя зовут? — уточняю.
— Фазиля, госпожа.