Одновременно распахнулись обе двери его кабины и задняя дверь грузового фургона.
«Стрельбище тут есть, полоса препятствий и спортивные снаряды», — ответила Фая.
Из кузова грузовичка вывались бойцы в тактических костюмах и масках цвета «городской камуфляж».
«Это военная база, оппа», — резюмировала Фая.
«Да. Вот только чья?»
Я не знал, кому принадлежит герб, развешенный здесь на каждом углу. Вроде бы когда-то я его раньше видел. Хотелось бы сразу проверить в интернете, но увы, на подступах к базе интернет отвалился.
«Напоминает поездку на тот странный завод, где людишек, как товар, привезли, да же?» — оживлённо спросила зверюга.
Завод… или фабрика? Без понятия, как называть то заведение. Я не раз вспоминал о нём и думал, что стоит туда как-нибудь наведаться. Сейчас мы с Фаей гораздо сильнее, чем раньше, и вполне способны вдвоём навести там шороху.
Вот только я до сих пор не решил, как лучше это сделать, чтобы получить большую выгоду? Да и узнать, кому принадлежит та фабрика, у меня не получилось — её хозяева из тех аристократов, которые предпочитают лишний раз не афишировать свою собственность.
Здесь же, на военной базе, всё иначе.
Я бесшумно спрыгнул с крыши и пошёл следом за Водкозавром.
Лидер группы, выезжавшей на мою ликвидацию, поднялся на второй этаж и, отперев дверь ключом, вошёл в небольшой (квадратов двадцать) чистенький кабинет.
Первым делом он направился к платяному шкафу и переоделся в брюки и белую рубашку.
Чёрную футболку Водкозавра мужик заботливо повесили на плечики и убрал в шкаф.
Затем он уверенной походкой вышел из кабинета. Мужик едва ли не маршировал, пока шёл по коридору. И лицо такое решительное сделал…
Он вошёл в открытую дверь на третьем этаже. Я не отставал от него ни на шаг.
— Юрий Петрович? — проворковала блондинка с красивыми шелковистыми волосами и грудью размера эдак пятого. Она посмотрела на вновь прибывшего поверх очков пустышек и, томно поведя рукой, указала на дверь смежного кабинета.
— Благодарю, Анжела, — резко ответил бывший Водкозавр и отворил дверь.
Переступив порог, он склонился в поясном поклоне и выпалил:
— Прошу прощения, господин, я облажался. Цель ушла!
Я едва успел зайти внутрь — так быстро захлопнулась дверь. Оглядывая кабинет, я едва не присвистнул.
Большое пространство — на глаз шестьдесят квадратных метров; массивная дорогая деревянная мебель — и то и другое обычное дело. Не удивляет.