— Замерзла? — присаживаюсь перед любимой девочкой на корточки. У самого уже пальцы выламывает от холода.
— Немного, — признается она.
— Тогда домой.
Забираю Яна. Дома сразу отправляю его в горячую ванну, хорошо растираю мочалкой, одеваю, даю витамины и кружку того же супа. Малой, зевая, рассматривает плавающие в нем макароны «звездочки» и лениво отхлебывает бульон.
Пока Ася в душе, укладываю маленького мужчину спать. Мы постепенно выровняем ему режим. Не все сразу.
— Яр, — оглядываюсь на Асин голос.
Она стоит передо мной босиком, в одном коротеньком белом полотенце, едва прикрывающем грудь и попу. Крепко сжимает его в кулачке, чтобы не упало. Влажные волосы хаотично разбросаны по плечам. Глаза цвета жженой карамели отражают свет точечных потолочных светильников.
Залипательное зрелище.
В несколько больших шагов оказываюсь рядом, обнимаю ее за талию задирая это чертово полотенце выше."
"— Что ж ты делаешь со мной, любимая… — упираюсь лбом в ее утопая в растерянном взгляде.
Она разжимает пальцы, и полотенце падает до талии. Теперь его держат лишь мои руки.
— Помоги мне, — просит она, встает на носочки, сама целует. — Хочу чувствовать себя твоей женщиной. Только твоей, Яр, — голос снова дрожит. — Чтобы везде только ты. Твой голос, твой запах. Пожалуйста, помоги мне забыть саму мысль о том, что я могла бы быть с ним.
Убираю ладони позволяя мокрому полотенцу оказаться на полу. Сердце стучит в горле, мешает нормально дышать. Осторожно беру ее руки в свои, переплетаю в замок наши пальцы, подношу к губам и целую каждый.
Я тоже прикрываю веки.
Она дрожит, но это не страх или холод. Это бьются вдребезги ее тяжелые эмоции, которые я утягиваю на себя. Понимаю, что нам нужно этой ночью.