Мы по одному подходили к Собакину, и он защёлкивал нам на правом запястье антимагический браслет. Противная штука. Ощущение такое, что приходится дышать через узкую трубочку и воздуха постоянно не хватает, только в отношении магии.
— Итак, вот наши защитники империи, — указал на нас Вяземский. — Все они не могут пользоваться магией. Оставшиеся курсанты назначаются демонами.
И сразу несколько человек повернулись к Глебу Ивановичу. В глазах у них читалось: «Сам ты — чёрт». Но, кажется, всё так и было задумано.
— И в каком порядке нападать? — спросил Тагай, оглядывая нас.
— Сейчас всё объясню, — ответил ему Вяземский. — Вы все разбиваетесь на группы по пять человек и нападаете на одного из защитников одновременно с разных сторон.
— Стоп-стоп-стоп! — Николай Голицын поднял руку вверх. — Разве пятеро на одного — это честно⁈
— Курсант Голицын, — Глеб Иванович сделал несколько шагов в его сторону, угрожающе занеся ручку над блокнотом, — а где вы вообще видели честных демонов? Вы знаете, какое соотношение обычно бывает на Стене? — между ним и Николаем осталось всего пара метров, когда наш куратор остановился.
«Один к десяти, — подумал я мечтательно. — Уж и не помню, когда такое бывало в мою бытность каторжником. Возможно, в самом начале ещё такое случалось. Но чем дальше, тем больше. В последний раз вообще три легиона было.
— И самое главное, — Вяземский отвернулся от Голицына, словно тот его больше не интересовал и обратился ко всем остальным. — Защитники пользоваться магией не могут, как вы видите, на них магоподавители. К сожалению, на всех браслетов пока нет, поэтому демонам магией пользоваться просто запрещено! Ясно⁈ Если увижу, что кто-то из демонов пользуется магией, развею к чёртовой матери!
Редкие смешки прошли по толпе.
А я приготовился драться.
Дальше началось шоу. Я бы пожалел, если бы мы дрались все одновременно. Но нет, Вяземский дал возможность каждой группе показать себя отдельно.
Первым «демоны» атаковали Румянцева.