Они будут осуществлять управление королевством в наше отсутствие и являться официальными опекунами наследной принцессы. О том, что происходит на самом деле знает только один Анри. Ему как Верховному магу знать положено. Остальные ничего не знают.
— Саша. — Моя Александра уткнулась мне в плечо. — Ты уверен, что мы все делаем правильно?
— У нас нет выбора. Сашенька, любимая моя. — Я взял в ладони ее личико. — Ты все знаешь. Мы давно уже это обговорили. Сердце обещало мне, что поможет им.
— Они справятся?
— Я уверен в этом.
— А если нет?
— Тогда все будет очень плохо.
— Что с ними тогда будет?
— Ты знаешь, Саша. Они погибнут оба. В этом случае дочь Фредерика станет наследной принцессой. У нас нет иного выбора.
— Она наша дочь, Саша.
— Я знаю, дорогая. Ты думаешь, я не люблю ее? Люблю, всем сердцем. Даже больше, чем сына. Но мы не простые с тобой смертные. Мы должны думать о всем королевстве, даже о всем мире Зеона.
— Я все понимаю, любимый. Но и ты пойми, я мать. А они — Элечка, Фредерик мои дети. Дети, рожденные в любви от возлюбленного моего.
Так срочно нужно переключать ее внимание.
— Ты все приготовила?
— Да.
— Хорошо. Вот только твой купальник меня напрягает.
— Что значит напрягает? Ты сам одобрил.
— Тогда да. А сейчас стал сомневаться. Что-то он слишком откровенный. Надо бы поскромней.
— Нет уж.
— Жаль, придется все же запастись битой.
— Александр, не уходи от темы! Не считай меня совсем уж дурочкой!
— Я ни когда тебя ей не считал.
— Вернемся к нашим детям. Если уж дело дойдет до того, что именно дочь Фредерика станет наследной принцессой, тогда может его не нужно никуда посылать?
— Наоборот. Его нужно убрать из Аквалона. Пусть пойдет к Цитадели. Там с ним будут его друзья Святослав и Араторн. Плюс за ним присмотрят еще кое-какие люди.
— Но там ведь будет самый настоящий ад?
— Самый настоящий ад будет именно здесь, в Аквалоне.
Александра отвернулась, смотрела куда-то в даль.
— Саш, посмотри на это с другой стороны!
Она удивленно подняла на меня свои потрясающие глаза. В них было любопытство:
— Это с какой?
— Например, — погладил ее по заду, — мы можем еще одну ляльку э-э-э…
— Лис Александр! Ты с ума сошел? Тебе мало двоих?
— Мы с тобой еще молоды. Тебе вообще не дашь тридцати пяти лет. Максимум двадцать восемь, даже двадцать шесть.