– Как ""нет""? Я не могу переодеваться при вас! Это недопустимо! Правила…
Он оборвал меня, сдернув одеяло резким движением. В одно мгновение я взлетела в воздух, подхваченная твердой рукой, а в следующий миг уже лежала поперек кровати на ворохе одежды. И да, абсолютно голая!
– Правила здесь устанавливаю я, – раздался над моей головой равнодушный голос. – Одевайтесь.
От злости на глаза навернулись слезы. Сжав губы в упрямую полоску, я поднялась на негнущихся ногах, повернулась к нему спиной и молча начала напяливать на себя то, что мне дали.
Что ж, с одеждой мне повезло. Вероятно, прежде ее носил юнга, одного роста со мной: узкие бриджи по колено из коричневой кожи, серая бумазейная рубашка и парусиновая куртка на пяти больших костяных пуговицах. Шерстяные чулки, шарф и кожаные ботинки завершали ансамбль. Все было ношеное, но чистое и сухое, что весьма радовало.
Натянув ботинки и накинув на шею шарф, я подняла голову и настороженно уставилась на мужчину.
– Присаживайтесь, – он кивнул в сторону кресла. – Пока у меня есть время, я хотел бы кое-что уточнить. И в ваших интересах выслушать меня молча, не перебивая.
Я села на самый краешек оббитого бархатом сиденья и скромно сложила руки на коленях. Опустила взгляд, не желая, чтобы этот странный тип прочитал мои мысли. Пальцы сжались так, что побелели костяшки, золотистое сияние то ярко вспыхивало, то полностью гасло, будто подмигивало, издеваясь.
Он несколько минут просто стоял, сложив руки на груди, и рассматривал меня. Причем, даже не побеспокоился, чтобы прикрыться. Неужели у него совсем стыда нет?!
Потом взял стул, повернул ко мне спинкой и сел на него верхом. Я покосилась на босые ноги капитана и снова покраснела. У этого грубияна были на редкость красивые икры. Мускулистые и стройные, покрытые легким бронзовым пушком."
"– Можете не стараться, – хмыкнул он, а я замерла, впервые ощутив в его голосе хоть какую-то эмоцию! – На этом корабле полукровки нидангов, на них ваши чары не подействует.
Я смущенно закусила губу и спросила:
– А если нет?
– Что – ""нет""?
– Если меня не выкупят?
– Сомневаюсь. Вряд ли даже самый обедневший рейн бросит свою даханни в руках Эйдена Даннахана.