Я почувствовала, что дрожу, только уже не от страсти, а от холода, и укрылась покрывалом до самого подбородка, в полном недоумении и растерянности глядя на мужчину.
– Не будем увлекаться, – пояснил Эйден в ответ на мое недовольное сопение. – Мы же не хотим переполошить весь Саммельхор?
Он придержал мои руки, не позволяя коснуться себя, и приник к моим губам мимолетным, успокаивающим поцелуем. Я расслабилась, позволяя ему забрать у меня часть той неведомой силы, что кипела в моих жилах раскаленной лавой.
– Тогда зачем ты пришел? – недовольно проворчала я. – И что с моей охраной?
– Какой же ты еще ребенок! – он поднялся с постели и потянулся. На фоне незашторенного окна я увидела мощный разворот плеч и тонкую талию, перехваченную широким ремнем. – Ты для меня как наваждение. Как воздух или вода. Если я не вижу тебя слишком долго, то ощущаю чувственный голод.
– А с юмати что? – я с тревогой покосилась на застывшие вдоль стен фигуры.
– Ерунда, скоро отомрут. Небольшой артефакт, добытый мною в честном бою. Жаль только, что его действие ограничено.
Мужской силуэт качнулся, что-то тихо бряцнуло, и я поняла, что он надевает на себя перевязь с оружием.
– Эйден, – тихо позвала я. – Ты уже уходишь?
– Через пару минут очнутся твои охранницы. Не хочу, чтобы они видели меня здесь.
– Но ведь ты еще вернешься? Я видела сегодня список тех, кого старейшины допустили к Выбору. Там есть и Рейхо, но он не будет рисковать своей головой до самого Аукциона. Обет ему засчитали задним числом.
– Я знаю. И про императорского сына тоже. Весь этот Выбор и Аукцион сплошная фальшивка, но каждый претендент будет сражаться до конца, надеясь на слепую удачу.
– И ты тоже? – я села в кровати, подбирая под себя ноги. – Какой обет ты принесешь? Чем переплюнешь Кархадана?
– О-о-о, – он хрипло рассмеялся и нервным жестом взъерошил волосы, – у меня есть чем удивить этих ханжей, не переживай. Кайре Маллокен принесет им такой обет, от которого не откажется сам император. Исполнит, так сказать, заветную мечту Архарона.