Рядом с излучавшим позитив Ханком было просто невозможно оставаться в плохом настроении.
— Только самым симпатичным, — заверил он, и я рассмеялась. Взяв сумочку и стопу документов со стола, где их предварительно досмотрели, я направилась вглубь длинного холла.
Повсюду царила гулкая тишина, которая прерывалась только стуком моих каблуков, отдававшимся эхом по всему коридору. Я успела пройти мимо многочисленных дверей, когда одна из них вдруг неожиданно распахнулась, заставив меня вздрогнуть.
В этот момент дверь суда распахнулась, и в холл хлынули люди. Увидев развернувшуюся перед ними сцену, почти все из них замерли на месте, и я услышала на расстоянии нескольких метров крик.
Мужчина позади меня притянул меня к себе еще ближе, и мои руки судорожно вцепились в него, тщетно пытаясь отдалить лезвие от моего горла. Если учесть, что нападавший был на несколько сантиметров выше меня и значительно сильнее, ему без труда удалось поволочь меня за собой, пока он нервно отступал к стене, наблюдая, как сотрудники безопасности окружали нас по углам, удерживая наготове оружие.
— Не приближайтесь! — судорожно заорал осужденный. — Никому не приближаться! Или я убью ее!
Адреналин и страх грохотали в моих висках настолько сильно, что мне казалось, мое сердце вот-вот вырвется наружу. Холодное лезвие все сильнее вжималось в мое горло, руки преступника держали меня стальными тисками, и секьюрити перекидывались взглядами, явно не зная, что делать дальше.
— Я хочу выйти отсюда! — заорал осужденный, и в его голосе слышалась безысходность. — Я не хочу за решетку. Выпустите меня отсюда, или она умрет!
Видимо, чтобы подтвердить свои намерения, он еще сильнее прижал лезвие к моей коже, и я почувствовала жжение пореза.