Мое внимание снова переключилось на экран, в то время как Марк продолжил говорить:
— Я оставил то, что тебе нужно в своем доме. — После этого он продиктовал свой адрес, и я, поспешно схватив блокнот, записала координаты. — Информация спрятана, — предупредил Марк. — И я могу дать тебе только наводку, где нужно искать.
Он, должно быть, шутил. Наводку? Серьезно? Мое сердце опустилось. Я никогда не была успешной в собирании пазлов.
Марк выразительно посмотрел в камеру, отчетливо произнося каждое слово:
— Думай, как контрабандист, Кэтлин.
На этом запись закончилась, экран сразу же стал черным, и я с минуту смотрела на телевизор, пытаясь понять, как последние слова Марка должны были мне помочь. Контрабандисты прятали товары… Марк, в свою очередь, тоже что-то прятал в своем доме… На этом моя логическая цепочка замыкалась, совершенно не неся никакой смысловой нагрузки. Я провела рукой по волосам, испытывая полнейшую безысходность.
Ладно, неважно, что я ничего не могла понять.
Взяв ключи, которые Марк оставил в рюкзаке, я вырвала страничку из блокнота с его адресом, схватила свою сумку и вышла из квартиры, замкнув за собой дверь.
Уже за рулем я подумала, что хотя бы один плюс в моем увольнении все же был: у меня появилось время на то, чтобы попытаться во всем разобраться. Подозрение, что я очень скоро могла закончить точно так же, как Марк и Шейла, заставляло мои ладони конвульсивно сжимать руль с такой силой, что мои костяшки побелели.
Марк жил в другом конце города в благополучном спальном районе, дворы которого были креативно украшены жителями в честь празднования Хэллоуина.
Только со второй попытки подобрав подходящий ключ, я перевела дыхание и осторожно повернула ручку двери, чтобы пройти на кухню. В доме стояла зловещая тишина, и я, застыв на мгновение, прислушалась, чтобы удостовериться, что кроме меня в доме никого не было.