— Это из-за регби.
— О? — Я нахмурился, заинтересовавшись. — Что насчет этого?
— Как ты думаешь, каковы мои шансы получить один из этих контрактов с Академией?
Я остановился, подняв подбородок и крепко сцепив руки, и изучающе посмотрел ему в лицо. — Ты серьезно, парень? — Он выглядел серьезным. — Ты ничего не путаешь?
— Я не собираюсь идти по пути колледжа, Джонни — я едва справляюсь со школой в ее нынешнем виде. — Он пожал плечами. — Мама интересовалась моим делом о том, чем я хочу заниматься после школы, и мне нравится регби.
— Ты хорош в регби, — согласился я. — Ты знаешь, что Академия интересовалась тобой пару лет назад.
Он вздохнул. — Да, я знаю, и я облажался с этим.
— Ты все еще только на пятом курсе, — напомнил я ему. — У тебя есть еще год, чтобы все исправить.
— Ты думаешь, я смогу? — спросил он, не сводя с меня серых глаз.
— Я думаю, у тебя есть потенциал делать все, что ты захочешь, — сказал я ему.
— А остальное?
— Решительность, преданность делу и последовательность, — ответил я. — Эффект 30/30/30.
— Возможно, мне понадобится помощь с этим, — пробормотал он.
— Что тебе от меня нужно?
— Чтобы поставить меня в известность, — признался он. — Думаю, я смогу это сделать, Джонни.
— Я знаю, что ты можешь, — ответил я. — Я всегда это говорил.
— Я знаю, но раньше я этого не хотел.
— А теперь веришь?
— Я впустую трачу свою жизнь, — сказал он. — Я позволяю всем возможностям ускользать у меня из рук.
— Да, ну, я тоже это говорю уже много лет.
— Итак, что мне нужно сделать?
— Брось курить, откажись от выпивки и встретимся у меня дома завтра в половине пятого.
— Поздновато начинать в такой вечер…
— Кто сказал что-нибудь о вечере? — Я выгнул бровь. — 5:30 утра, Гибс. Ранняя пташка ловит червяка.
— О черт, — простонал он. — Ты собираешься убить меня, не так ли?
Я пожал плечами.
— Сомкни ноги, — сказал тогда Гибси, возвращая внимание к своей книге.
— Я не могу, — выдавил я, тяжело дыша. — Слишком больно.
— Ну, если бы ты пошел домой и стер один из них, то почувствовал бы себя лучше, — выпалил он в ответ, не сбившись с ритма. — И ты смог бы поджать ноги.
— А что бы ты сделал, Гибс? — Спросил я, игнорируя его выпад.