— Повернувшись к нам лицом, он сказал: — Он собирается отсидеть свои тридцать дней, выйдет изменившимся человеком, полным раскаяния и сожаления, явится в суд в хорошем костюме, в котором с ним разобрался один из его придурковатых друзей, и судья похвалит его за его усилия — за чистый, трезвый образ жизни. И тогда мы услышим разглагольствование о том, что ""каждый заслуживает второго шанса"", прежде чем они отправят его восвояси, похлопав по рукам.
— Джоуи! — Рявкнул Даррен. — Хватит.
— Пройдет несколько месяцев, социальные работники постепенно от нас избавятся — потому что, давайте посмотрим правде в глаза, ребята, есть очередь таких же придурков, с которыми приходится иметь дело нам, — продолжил Джоуи, игнорируя Даррена.
— Я сказал, хватит! — Прорычал Даррен. — Ты их пугаешь!
— А потом он проскользнет обратно в ее постель, как ни в чем не бывало, — добавил Джоуи, прищурив свои зеленые глаза на Даррена.
— Я тебя ненавижу! — Тадхг закричал, швырнув в маму нераспечатанным письмом, а затем выбежал из комнаты, на бегу оттолкнув меня в сторону. Звук его шагов, прогрохотавших по лестнице, заполнил напряженную тишину, которая установилась вокруг нас после его отступления.
Я продолжала настороженно наблюдать за своими братьями и матерью, все время желая почувствовать что-нибудь внутри.
Вся моя вера, моя надежда, мое будущее…пуф.
— Я ухожу, — наконец заявил Джоуи. Потирая лицо рукой, он издал болезненный стон. — Мне нужно, чтобы меня не было здесь прямо сейчас.
— Куда ты идешь? — Требовательно спросил Даррен. — Джоуи, уже почти половина двенадцатого ночи…
— Не твое собачье дело, — выплюнул Джоуи, выходя из кухни, тщательно избегая задевать меня по пути — или встречаться глазами.
— Джоуи, — крикнула я ему вслед срывающимся голосом. — Пожалуйста, не уходи…
Входная дверь захлопнулась, и я осталась наедине с мамой и Дарреном.
— Все будет хорошо, — сказал Даррен, поворачиваясь ко мне лицом. — Я обещаю.
— Не давай обещаний, которые не сможешь сдержать, Даррен, — выпалила я в ответ, дрожа.
— Он прав, — шмыгнула носом мама, поворачиваясь, чтобы посмотреть на меня. — Потому что я не позволю ему вернуться сюда.