— Меня зовут не Индиана!
Да, мне бы правда хотелось бы быть таким парнем прямо сейчас.
* * *
Я просыпаюсь раньше будильника, и когда подхожу к своей двери в одних боксерах, до меня доходит, что я больше не могу разгуливать по дому голышом.
Надев пару баскетбольных шорт и старую футболку, вхожу в гостиную. Беспорядок Инди убран, но квартира выглядит иначе, чем пару дней назад."
"Я долгое время жил один. То, что Стиви прожила здесь девять месяцев, было приятной передышкой от тишины, но тишина вернулась, когда она съехала.
Дверь на противоположной стороне гостиной слегка приоткрыта. Кусочек бледно-желтой краски обжигает мне глаза, когда утреннее чикагское солнце отражается от стен. Там больше нет ни штор, ни жалюзи. Стиви использовала свои собственные занавески в стиле фанк, пока была здесь, но до и с тех пор, как она здесь жила, я держала эту комнату закрытой.
Но дверь в спальню Инди не закрывается полностью из-за книг и одежды, разбросанных по полу.
Во время нашей третьей встречи я узнал об этой девушке еще кое-что. Она не только эмоциональна и не переносит алкоголь, но и неряшлива. Очень неряшлива.
«Она также очень привлекательна», — напоминаю я себе. Она привносит жизнь в мою черно-белую квартиру. Платья, выставленные в дверном проеме, светло-фиолетовых оттенков с цветочными принтами, но я думаю, что самый большой недостаток дверного косяка — это розовый каблук с ремешками, торчащий из-под яркой ткани.
Может быть, это та самая туфля, которая оставила царапину на двери моей спальни прошлой ночью.
4. Инди
— Ты что, издеваешься надо мной? — я зарываюсь лицом в подушку, пытаясь защитить глаза от ослепительного утреннего солнца, льющегося в окна моей спальни. — Почему здесь нет жалюзи?
Солнечные лучи отражаются от желтых стен моей новой комнаты.
Я не знаю, который сейчас час. Я ничего не устанавливала в своей новой комнате, включая будильник, и только Бог знает, где мой телефон, но по неприлично яркому восходу солнца, проникающему в комнату, могу сказать, что, еще, черт возьми, слишком рано, чтобы бодрствовать.