Он всегда жил в маленькой комнатушке в клубе и с нетерпением ждал момента, когда сможет впервые в жизни оказаться в настоящем доме и увидеть, на что похожа жизнь в семье. – Последнее предложение было чистым домыслом, но оно сработало.
Пандора послала ему многострадальный взгляд и вздохнула.
– О, ну ладно. Полагаю, мне придётся его оставить. И научить не пугать людей. – Она театрально упала на кровать, раскинув в стороны руки и ноги. Глядя в потолок, она тихо и мрачно проговорила: – Мой личный лакей-монстр.
Габриэль оглядел маленькую, распластавшуюся фигурку на кровати, чувствуя прилив веселья и страсти, от чего у него перехватило дыхание. Не прошло и секунды, как он уже взобрался на неё и впился поцелуем в её губы.
– Ты что творишь? – спросила Пандора, захлёбываясь от смеха и извиваясь под ним.
– Принимаю твоё приглашение.
– Что за приглашение?
– То, которое ты мне послала, когда легла на кровать в этой соблазнительной позе.
– Я плюхнулся назад, как умирающая форель, – запротестовала она и стала изворачиваться, когда он начал задирать её юбки вверх.
– Ты знала, что я не смогу устоять.
– Сначала прими ванну, – взмолилась она. – Тебя нельзя держать в доме. Придётся отвести в конюшню и отскрести карболовым мылом и берёзовой щёткой, словно коня.
– Ах ты, непослушная девчонка... Да, давай так и поступим. – Его руки похотливо блуждали под её юбками.
Пандора взвизгнула от смеха, отбиваясь от него.
– Стой, ты грязнуля! Иди в ванную, я тебя отмою.
Он прижал её к кровати.
– Ты будешь мне прислуживать? – вызывающе спросил он.
– Тебе бы это понравилось?
– Да, – прошептал он, притрагиваясь языком к центру её нижней губы.
В тёмно-синих глазах Пандоры сверкнуло озорство.
– Я искупаю вас, милорд, – предложила она, – но только если вы согласитесь держать руки при себе и оставаться неподвижным и окаменелым, как статуя.
– Я уже окаменел, как статуя, – он уткнулся в неё, подтверждая свои слова.
Пандора с усмешкой вылезла из-под него и направилась в сторону ванной комнаты, а он охотно последовал за ней.
Габриэля поражала мысль, что совсем недавно он верил будто ни одна женщина не сможет удовлетворить его так, как это получалось у Нолы Блэк с её “подрывными талантами”, как сухо выразился его отец. Но даже в самые страстные моменты, свидания с Нолой всегда оставляли его жаждущим чего-то невыразимого и неуловимого. Интимной близости, которая выходила за рамки физической стороны процесса.