Наконец, снаружи кареты послышался голос Дракона, и Пандора почувствовала слабый толчок, когда он залез и сел рядом с кучером. Экипаж тронулся с места и покатился вдоль Фаррингдон-стрит, выезжая из Кларкенуэлла.
К тому времени, когда они вернулись домой на Квинс-гейт, Пандора практически извелась от любопытства. Ей потребовалось всё самообладание, чтобы не выскочить из кареты, когда Дракон открыл дверь и опустил подножку.
– Ты возвращался в типографию? – спросила она, не вставая с места. Разговаривать с лакеем стоя на улице не подобало, но как только они окажутся в доме, то не смогут остаться наедине.
– Я прорвался внутрь, чтобы осмотреться, – признался Дракон. – Женщина была не слишком довольна, но никто не смог меня остановить. Того человека я не видел.
Он отступил, ожидая, когда Пандора покинет карету, но она не пошевелилась. Телохранитель явно что-то не договаривал. Если это так, то Дракон расскажет всё Габриэлю, и тогда ей придётся узнать новости из вторых рук.
Когда он вновь появился в дверном проёме и бросил на неё вопросительный взгляд, Пандора серьёзно сказала:
– Доверие, Дракон, предполагается, что ты не можешь ничего от меня скрывать, иначе я никогда не буду в тебе уверена. К тому же, сокрытие важной информации меня не защитит. Наоборот. Чем больше я знаю, тем меньше вероятность того, что я совершу глупость.
Дракон обдумал её слова и уступил.
– Я прошёл через контору, вышел на склад и заметил.
– Но разве это не обычные вещи для типографии?
Между его чёрных бровей залегла складка, и он кивнул.
– Тогда, чем ты обеспокоен? – спросила она.
– Ещё они используются для изготовления бомб.
Глава 18
Когда Габриэль вернулся домой после долгого дня встреч, его встретил, ожидающий в парадном холле Драко.
– Милорд.
Пробуравив уничтожающим взглядом спину лакея, Драко вновь обратился к Габриэлю:
– На пару слов, милорд?
– Конечно.