Достав последнюю и передав её Габриэлю, она начала снимать перчатку, состоящую из кожаных напальчников, прикреплённых к гладким полоскам, которые в свою очередь присоединялись к ремешку, застёгнутому вокруг её запястья.
– Вы отличный стрелок, – сказала она, дёргая за тугую застёжку.
– Годы практики, – Габриэль потянулся к ней и расстегнул её перчатку.
– И природные способности, – добавила Пандора, не позволяя ему скромничать. – Собственно, вы, на мой взгляд, всё делаете идеально. – Она стояла неподвижно, пока он расстёгивал другую её защитную перчатку из марокканской кожи.
– Моя семья нет. Зато все остальные... – Габриэль заколебался. – Люди склонны замечать мои ошибки и запоминать их.
– Вы задали высокую планку? – рискнула предположить Пандора. – Из-за вашего положения и имени?
Габриэль кинул на неё уклончивый взгляд, и она поняла, что он не хотел говорить слов, которые могли бы прозвучать, как жалоба.
– Я обнаружил, что следует быть осторожным в проявлении слабостей.
– У вас есть слабости? – спросила Пандора в притворном удивлении, но в вопросе была лишь доля шутки.
– И много, – удручённо сказал Габриэль, делая акцент на этих словах. Он осторожно снял с неё защитную перчатку и бросил её в боковой карман колчана.
Они стояли так близко, что Пандора разглядела крошечные серебряные прожилки в полупрозрачных синих глубинах его глаз.
– Расскажите мне самое худшее о себе, – импульсивно попросила она.
На его лице промелькнуло странное выражение, неловкое и практически... пристыженное?
– Хорошо, – тихо проговорил он. – Но я бы предпочёл обсудить это позже, наедине.
Сердце Пандоры ушло в пятки. Сбудется ли её худшее подозрение?
– Это как-то связано с... женщинами? – с трудом спросила Пандора, её пульс тревожно выбивал дробь в горле и на запястьях.
Он бросил на неё косой взгляд.
– Да.
О боже, нет, нет. Чересчур расстроившись, она не успела придержать язык и выпалила:
– Я так и знала.
Габриэль ошарашено на неё посмотрел. Колчан со стрелами с грохотом упал на землю.
– Что?
– Я так и знала, что, вероятно, вы уже заработали эту болезнь, – рассеяно сказала Пандора, а в это время Габриэль обвёл её вокруг мишени и затащил за одну из земляных насыпей, где они были скрыты от обзора со стороны дома. – Одному богу известно, сколько их видов. Английская, французская, баварская, турецкая...