Этого было чертовски мало, но он почувствовал почти отчаянное облегчение, имея возможность цепляться за что-то. Может быть, это тугое напряжение внутри появилось из-за осознания степени доверия, из-за возможности касаться его хоть как-то. Нейл разберётся с этим потом. Всё, что сейчас имело значение, – то, насколько легко притянуть Эндрю для следующего поцелуя.
Миниярд медленно отпустил его запястья и переместил руку, плотно прижав ладонь к груди Нейла. Они стояли так целую вечность: Эндрю проверял контроль Нейла, а Нейл просто довольствовался возможностью целовать его до онемения.
Эндрю не был нежен; Нейл его об этом и не просил. Ни у одного из них не было склонности к нежности или ласке. Это было жестоко, почти грубо. Эндрю двигал рукой быстро, сразу по всей длине. Нейл неосознанно попытался притянуть его к себе, но тот удерживал ладонь на груди, сохраняя расстояние между их телами. Задохнувшись дрожащим дыханием, Нейл едва успел шепнуть его имя, прежде чем Эндрю довёл его до грани, заставив кончить. Сделав ещё пару движений, Эндрю подавил свой хриплый вздох жадным поцелуем и отпустил его.
Они стояли, прижавшись щека к щеке, наверное, целую минуту, может быть, больше. Нейл потерял счёт времени. Сердце гулко колотилось в висках, перегруженные нервы отзывались мелкой дрожью по всему телу. Осознанность возвращалась медленно и лениво, какими-то отдельными кусочками, но первое, что Нейл действительно заметил, – то, как сильно Эндрю впился пальцами ему в грудь. Нейл попытался перевести взгляд вниз, на что сразу же получил ощутимый толчок от Эндрю.
— А как же…
— Не начинай, — вполголоса перебил его Миниярд.
— Ты не можешь вернуться к Кевину и Ники в таком состоянии.
— Я сказал «тихо».
— Ты сказал «не начинай».
Нейл снова сжал пальцы в его волосах и, не удержавшись, притянул Эндрю для короткого поцелуя. Эндрю мирился с этим всего мгновение, после чего отстранился. В наглую вытерев руку о футболку Нейла, он перехватил его за запястья и потянул их вниз.