И дело не только в том, что она сногсшибательная красотка, хотя она определенно такая. Но я спал с достаточным количеством сексуальных женщин, чтобы понять, что одного этого недостаточно, чтобы меня заинтересовать. Нет, дело в том, что она такая дерзкая. Мне нравится женщина, которая умеет отвечать и ставить меня на место. Диксон делает это на все сто. Я никогда не знаю, что за чушь она скажет в следующий раз, и мне это как-то нравится.
— Что за история с Лукасом? — спрашиваю я в замешательстве.
— О, я пыталась использовать код, — объясняет она.
— Почему ты подумала, что я в беде?
Диана уже не обращает на меня внимания, её взгляд опускается примерно на два фута ниже. — Привет, я Диана. А ты кто?
— Я Мэрианн. Приятно познакомиться. — Моя сестра протягивает руку.
— Какие у этого ребенка манеры. Мне это нравится. Диана энергично пожимает ей руку, затем с интересом смотрит на наш проект.
— Мы воссоздаем извержение вулкана в Помпеях.
Диана на секунду приоткрывает рот, затем закрывает его, а потом снова открывает. — Слушай, я за науку. Но это не кажется тебе немного неуместным? Ведь много людей погибло.
— Мы собираемся сказать молитву в их честь перед тем, как произойдет извержение, — серьезно отвечает Мэрианн.
Я вздыхаю. Этот ребенок такой замечательный, что даже не сможешь упрекнуть ее за политическую некорректность.
— Конечно, — говорит Диана, явно сдерживая улыбку.
— Почему ты подумала, что я в беде? — повторяю я, не отпуская тему, иду к раковине, чтобы смыть клейкую субстанцию.
— Из-за твоего сообщения.
Я вытираю руки, прежде чем взять телефон. Я смеюсь, когда вижу, что написала Мэрианн.
Я:
Омагад. Приходи, и мы посмотрим его здесь. О ма гад. Так рад за Зои!
Ответ Дианы не менее забавный.
Диксон:
Я не ценю сарказм.
— Я не говорю такие вещи, как омагад, ни как три слова, ни как одно, — рычу я на Мэрианн.
— Но это экономит время. — Моя сестра изучает Диану, как будто та является одним из микроскопических препаратов Мэрианн. — Ты действительно девушка моего брата? Он сказал, что ты его соседка.
— Я и то, и другое. Диана оборачивается ко мне за подтверждением, словно спрашивая, стоит ли говорить правду.
Я слегка киваю, потому что моя сестра выглядит такой взволнованной при этой мысли, так что я решаю, пусть уж она порадуется.