— Да.
— Добро пожаловать. Он оценивающе смотрит на кулер у меня в руках. — То что ты сегодня принес, сынок, определит, понравишься ли ты мне или нет.
Я хихикаю. — Поверьте, вам это понравится.
— Шейн — король сосисок, — вздыхает Диана.
— У меня есть знакомый в Бостоне, — сообщаю я мистеру Диксону. — Никто о нём не знает. Он управляет крошечной мясной лавкой в Бэк-Бей между прачечной и...
— Корейским караоке-клубом, — заканчивает он.
Мой рот распахивается. — Вы знаете Густава?
— Малыш, я хожу к Густаву с тех пор, как ты родился.
— Не может быть!
Он практически выхватывает у меня кулер. — Ага, я должен посмотреть, что тебе дал Густав.
Мы забегаем на кухню, как школьники. Том открывает кулер, его лицо полностью сосредоточено, пока он изучает выбор сосисок, которые я принёс.
— Ну как? — спрашиваю я, задерживая дыхание.
Он поднимает голову. —Мы теперь лучшие друзья. Диана, пожалуйста, оставь нас.
Она закатывает глаза. — Я пойду найду Томаса. Вы, странные, развлекайтесь сами.
Как только она ушла, отец Дианы внимательно меня осматривает. После тревожно долгой паузы он спрашивает: — Ты уважаешь мою дочь?
Вопрос застает меня врасплох. — Конечно, — искренне отвечаю я.
Он кивает. — Ты вроде нормальный.
И это, кроме барбекю, единственный грилинг, с которым я сталкиваюсь за весь день.
Мы выходим через раздвижные двери и оказываемся на просторном заднем дворе, где в воздухе витает манящий аромат жареного мяса. Огромный, потрёпанный временем барбекю стоит на каменном патио у подножия деревянной террасы, извергая клубы дыма в безоблачное голубое небо.
— Ух ты, это вроде как большое событие, — замечаю я.
По всему газону разбросаны разноцветные столы для пикника, покрытые клетчатыми скатертями. Дети играют на траве, их смех смешивается со звуками десятков одновременно идущих разговоров и временами звоном столовых приборов о тарелки."
"У барбекю трудятся два человека, которые, оказывается, снайперы из команды SWAT мистера Диксона, только вместо винтовок у них длинные лопатки и кисти для нанесения соуса.
— Я в раю, — говорю я, когда Диана присоединяется к нам. — Ты буквально искупила себя в моих глазах.