Иногда я поражаюсь тому факту, что не увижу, как она следит за мной и соревнуется с Виктором за то, кто может защитить меня лучше.
А потом бывают дни, когда я удивляюсь, почему все еще дышу, когда она нет.
Это один из тех дней."
"Мне нужно, чтобы все эти гребаные люди исчезли с моего лица, чтобы я мог напиться на ее могиле, как делаю это каждый день. Несколько часов, пока я сплю, прислонившись к дереву напротив ее надгробия — это единственный сон, который я могу получить, и даже он пронизан кошмарами о ее трупе.
Кошмарами о том, как она плачет, проклинает и бьет меня, потому что я решил обручиться с Кристиной, которая сейчас на самом деле беременна.
Рай задерживается позади, ее глаза практически стреляют лазерами в мою сторону. Ее муж стоит рядом с ней, главным образом, чтобы не дать ей меня застрелить. У нее громкий рот, который нужно обуздать.
Я подпираю подбородок кулаком и изображаю беззаботность, которой не чувствую.
— Есть ли причина твоего утомительного присутствия?
— Просто чтобы ты знал, я никогда тебя не прощу.
— Очень смело с твоей стороны предполагать, что мне есть дело до твоего мнения.
— Как ты можешь так равнодушно относиться к ее смерти, ты, гребаный мудак! — она бросается на меня, вероятно, чтобы ударить или дать пощечину, но Кайл держит ее за талию и оттаскивает назад. — Отпусти меня! — она борется с ним. — Кто-то должен вбить немного здравого смысла в его тупую голову!
— Я бы хотел отпустить, но я предпочту не быть свидетелем того, как тебя застрелят, принцесса.
— По крайней мере, один из вас умен, — я пренебрежительно поднимаю руку. — Убери ее с моих глаз, пока я не потерял ту немногую доброжелательность, что у меня осталось.
— Это твоя вина, что Саша умерла, — спокойно говорит она, ее борьба прошла. — У нее не было врагов, но у тебя они были. Черт возьми, ты собираешь их как знаки отличия, не заботясь о том, как это может повлиять на близких тебе людей. Я уже говорила, что ты не был достоин ее и, что тебе следовало отпустить ее, но, конечно, ты этого не сделал, и посмотри, чем это обернулось.
Я быстро встаю, но рефлексы Кайла быстрее. Он почти тащит ее из столовой.
— Мы уходим.
Моя рука сжимается в кулак. Если бы я прикоснулся к ней, я бы свернул ей гребаную шею. В этом нет сомнений.
Кайл был достаточно быстр, чтобы спасти ее из моих лап. Даже если временно.
Я стою там секунду, две…
Одним движением я хватаюсь за края стола и сбрасываю вниз все, что было сверху.