Этот жест ранит сильнее, чем сам удар.
Будь это в любое другое время, я бы схватил ее за горло, связал и оттрахал за дерзость.
Но, учитывая обстоятельства, я оставил все как есть.
Пока что.
— Не трогай меня, — в ее голосе чувствуется напряжение.
— Ты ужасно боишься моих прикосновений. Ты это заметила?
Она бросает на меня еще один взгляд, который, похоже, сегодня является ее modus operandi4, а затем устремляется в дом.
Я собираюсь последовать за ней, когда мой телефон начинает вибрировать. Это Виктор.
Мне требуется больше усилий, чем нужно, чтобы ответить.
"— Статус.
— Все чисто. Мы держим Антона — ака фальшивого Юрия — под наблюдением. Должны ли мы пытать его, чтобы получить ответы?
— Нет. Скорее всего, он не захочет говорить.
А я не хочу терять свои баллы с Сашей, если она узнает, что я избивал ее брата.
— Максим хочет охранять его лично.
Хмм.
С тех пор, как он вернулся из России, в нем что-то изменилось. Как будто его душа была раздавлена, и он изо всех сил пытался собрать себя заново.
Он не шутил с остальными и проводил больше времени в одиночестве или со мной и Виктором — что для него не свойственно. И самое главное, он снова погрузился в свою работу, как будто ничего не произошло. Вначале я думал, что это из-за пыток, но теперь я пришел к выводу, что это может быть нечто большим.
Например, предательство со стороны того, кого он считал своим лучшим другом.
И кто я такой, если не вершу поэтическое правосудие? Таким образом, я не пытаю Антона и не отдаю приказ подвергнуть его пыткам.
Максим будет нести за него полную ответственность.
— Пусть Максим полностью возьмет на себя ответственность за него, — отвечаю я Виктору.
После того как он положил трубку, я направляюсь к входу в особняк, мои шаги тяжелые, как черт.
Когда я догоняю Сашу, в воздухе раздается громкий вздох, а потом по лестнице сбегает Карина. Эта маленькая дрянь спотыкается о свою ночную рубашку и оступается на нескольких ступеньках, но она спохватывается и продолжает бежать дальше.
— Саша! Боже мой, Саша! — она бросается в объятия моей жены.
Она сделала что?
— Это я.
Саша погладила ее по голове своей чистой рукой.
Моя сестра, кажется, не замечает меня или моего почти бессознательного состояния, когда отстраняется. Слезы застилают ей глаза, она широко улыбается, даже когда ее голос дрожит.
— Это действительно ты.