Что теперь делать? Как не потерять и любимую женщину, и сына?
Сжимаю челюсти до скрежета в зубах, но продолжаю крепко обнимать теплое, вкусно пахнущее тельце.
Глава 5
Кирилл уезжает, и я сразу приступаю к сборам.
Усмехаюсь про себя, когда понимаю, что теперь не нужно гадать, где муж и почему задерживается.
Успокоил одну ревущую бабу и тут же помчался к другой.
Удобно устроился, не спорю.
Но пора это прекращать.
Сама кое-как дотягиваюсь до верхней полки в гардеробной, достаю большой черный чемодан, который мы часто брали с собой в семейные путешествия, и начинаю скидывать в него все свои вещи не глядя.
Украшения, шубы, дорогие шмотки оставляю. Кирилл же так трясется за свое имущество, по словам Милы.
Вот пусть не переживает. До нитки его не обдеру.
Смахиваю слезу, вспоминая слова этой женщины. В какой момент наша любовь превратилась в страх за свои деньги и бизнес?
– Оленька? – раздается вопросительный голос Валентины.
Женщина стоит в дверях гардеробной комнаты и осматривает хаос вокруг.
– Валя, я уеду. Только не говори ничего Кириллу, – прошу ее и не прекращаю паковать вещи.
– Оль, я тут успокоительное принесла. Выпей, – с жалостливым голосом продолжает женщина, – Или хочешь, я пятьдесят грамм коньяку принесу?
Качаю головой, отказываясь от алкоголя, но выпиваю до дна принесенное успокоительное."
"Крепкое мне сейчас нельзя – голова должна быть ясной, а спиртное на фоне сильного стресса может сыграть со мной злую шутку.
Отставляю стакан на столик и возвращаюсь к одежде.
Конечно, какие-то вещи придется забирать во второй заход. А еще мои цветы.
Оставлять их Кириллу или этой Миле, которая совсем скоро может сюда переехать в качестве новой хозяйки – я не собираюсь.
Но сейчас, когда на дворе уже ночь, а муж может вот-вот вернуться, я сбегаю с тем, что могу унести в руках.
– Может не надо? – тихо спрашивает Валентина, которая и не думала уходить, – Вот так просто сдашься и подаришь какой-то малявке своего мужа?
Первая реакция на слова женщина – злость.
Да кто она такая, чтобы советовать мне подобное? Ей изменяли? Ее унижали малолетней любовницей? Ее муж заводил семью на стороне?
Внешне я ничем не выдаю себя и начинаю мысленно считать до десяти. Неплохо способ, чтобы не наговорить ничего сгоряча.
Валя мне не чужая, и в ее советах всегда была мудрость и искреннее желание помочь.