Федя, Федя, Федя – чем чаще я произношу это имя, тем проще мне давить на Кирилла.
Как удачно, что это мужик так быстро проникся сыном. И ради него готов на многое.
Вот даже сейчас. Вижу, как Кириллу хочется наорать на меня, ударить кулаком по столу, припугнув, потому что по-другому он не умеет.
Но мужчина сдерживается. Весь сжимается от напряжения, но сдерживается.
– Да, защищаю и буду защищать всегда, – отвечает Кирилл, заставляя уже меня сжимать руки в кулаки под столом, – А если ты будешь видеться с Ольгой или кем-то из моих дочерей, то я все сказал еще в ванной.
Замолкаю, изображая покорность. А для лучшего эффекта опускаю глаза и покусываю губы.
Пусть продолжает думать, что я маленькая, глупенькая и безобидная.
– Хорошо, – мягко соглашаюсь, – Ты прав. Мне незачем общаться с Ульяной.
Разговоры про опеку над Федей мне не нравятся. Как бы я ни уставала от этого вечно плачущего младенца, он мне нужен.
Пока сын у меня, Кирилл никуда не денется.
***
Следующий ужасно скучный час проходит не так, как я бы хотела.
Не в сильных объятиях мужчины и даже не рядом с ним в одной комнате. Кирилл полностью погружается в сына, а я сбегаю на кухню, потому что мне с ними становится скучно.
Хочется секса и курить. Причем первое уже неважно с кем.
А когда Кирилл уезжает, я закрываюсь в ванной и набираю брата.
Дима старше меня на четыре года, но умом не сильно отличается. Радует только, что братцем гораздо проще манипулировать и внушать нужные для меня вещи.
– Але, – раздается сонный голос в трубке.
– Ну как там наша принцесса? – сразу перехожу к делу.
Если Кирилл думает, что я отстану от Ольги или его дочерей, то он сильно ошибается. С Ульяной еще не все решено.
– Кто? – переспрашивает этот придурок, раздражая меня своим голосом.
– Ульяна! О ком я еще могу спрашивать? – взрываюсь за секунду.
– Аааа, – тянет он и начинает громко шуршать в трубке.
Судя по звукам, встает с кровати, что-то ищет на столе и чиркает спичками.
– Ты все там? – не выдерживаю, – Потом покуришь.
– Завтра идем с девчонкой в кино, потом в тот рестик, про который ты говорила. Ну и цены там, Мил. Ты вообще видела сама?
– А ты куда собирался ее вести? В забегаловки свои будешь с корешами ходить, а Ульяну надо в красивое место. Она – девочка другого сорта и почти влюбилась в тебя.
– Ага, в меня, – ржет брат, – Конечно, ты из меня такого мачо лепишь. Все девки Москвы скоро моими будут.