Развод сейчас для меня – та самая соломенная веточка, за которую ты хватаешься и ждешь от нее какого-то спасения. Кажется, что именно развод поможет мне избавиться от этой ноющей боли в груди.
Да, будет страшно, местами одиноко и невыносимо, пока я привыкаю к новой жизни. Но с разводом придут еще и свобода, какой-то глоток чистого воздуха и то самое спокойствие, которое я все жду и которое пока никак не наступает.
– Все дело в вашем муже, – аккуратно проговаривает Алевтина, – Он не подписал заявление и, судя по нашему с ним разговору, подписывать не намерен.
– Вы говорили с ним? – удивляюсь такой скорости работы девушки.
– Конечно, – кивает она, – Сейчас это единственное препятствие на пути к вашей свободе.
– И что мне делать?
– Убедите его, – вот так легко заключает адвокат, словно убедить Кирилла – это задача пяти секунд.
– Это невозможно, – качаю головой, – Я пыталась.
– Не переживайте, – со спокойным голосом отвечает Алевтина, будто упертость Кирилла – это не препятствие для нее, – Тогда мы разведем вас через суд.
– Сколько по времени продлится развод через суд?
– Я уже готовлю исковое заявление и на днях подаю его в городской суд. Подпись Кирилла в этом случае не нужна…
– А время на примирение? – в памяти всплывают какие-то факты о разводах, которые я уже успела прочитать.
– Да, судья может назначить вам с мужем до трех месяцев на примирение.
– До трех?! – восклицаю слишком бурно, представляя, как еще три месяца буду жить на пороховой бочке.
Три месяца…
Прошло меньше месяца, а я уже выдохлась. Что будет со мной через три?
– К сожалению, – понимающе реагирует адвокат, но тут же пытается успокоить, – Но на практике этот срок намного короче.
– Надеюсь, – не особо радостно соглашаюсь с ней, отворачиваясь к окну, чтобы не показывать переживания на лице.
Развод нужен мне уже сегодня. Немедленно. Пока не случилось что-то еще, пока я не передумала…
Такие мысли тоже возникают у меня в голове, но я резко отмахиваюсь от них, мысленно ругая себя за эту слабость вперемешку с трусостью. Хорошо, что следом приходит благоразумие, и я понимаю, что если не разведусь с Кириллом, то негласно приму его измену.