– А ты читала с обеих сторон? – засомневался Колин.
– Она написала лишь на одной стороне.
– Как-то необычно экономно для нее, – с подозрением добавил он.
– О боже, Колин, это просто рассказ о том, что было на приеме после того, как мы ушли. И, должна признать, Гиацинта чудесно подмечает смешное в самых незначительных деталях. Из нее бы вышла превосходная Уислдаун.
– Боже помоги нам всем."
"Последнее письмо оказалось от Элоизы, и, в отличие от двух других, адресовано было исключительно Пенелопе. Колину, разумеется, стало любопытно – а кому бы не стало? Но он отодвинулся, позволив супруге прочесть послание в одиночестве.
– О! – воскликнула Пенелопа, перевернув страницу. Письмо Элоизы было гораздо длиннее, чем предыдущие два, и она смогла заполнить лист с обеих сторон. – Вот плутовка!
– Что она натворила? – спросил Колин.
– О, ничего особенного, – ответила Пенелопа, хотя не могла скрыть раздражения, написанного на лице. – Тебя там не было, но утром в день свадьбы Элоиза беспрестанно извинялась за то, что хранила секреты, а мне и невдомек, что она пыталась вынудить меня признаться в собственных. Она заставила меня изрядно поволноваться.
Пенелопа затихла, читая вторую страницу. Колин прилег на мягкие подушки, не отрывая взгляда от лица супруги. Ему нравилось наблюдать, как ее глаза двигаются слева направо, когда она следит за словами.
До тех пор, пока она вдруг не ахнула и не побелела как полотно.
Колин приподнялся на локтях.
– Что такое?
Пенелопа покачала головой и простонала:
– О, это нечестно с ее стороны.
Будь прокляты личные дела. Он схватил письмо.
– Что она написала?
– Вон там.
Колин убрал ее палец и начал читать.
– Милосердный боже, как же она болтлива, – пробормотал он. – Я ничего не понимаю.
– Месть, – пояснила Пенелопа. – Она говорит, что мой секрет был больше, чем ее.
– Так и есть.
– Она говорит, что я должна ей услугу.
Колин обдумал это заявление.
– Наверное, она права.
– Дабы сравнять счет.
Он погладил ее по руке.
– Боюсь, так думают все Бриджертоны.