— И держи язык за зубами, пока я не разрешу тебе говорить, — продолжал командовать мелкий бес.
Госпожа Крент повиновалась, не сводя полного ненависти взгляда с лица своего мужа. Теперь эта женщина нисколько не походила на скандалистку, которая бросила вызов сэру Ганнибалу, точно так же, как ее гость нисколько не напоминал кроткого слугу, который съеживался в присутствии Освальда Форда.
Полуин неторопливо принялся за трапезу, заставив жену с трепетом ждать минут пятнадцать, а поев, налил себе вина и раскурил сигару.
— Я приехал в Санкт-Эвалдс больше года назад, потому что потратил деньги, которые дал мне сэр Ганнибал для того, чтобы я уехал в Новую Зеландию, — неожиданно заговорил Полуин. — Поскольку я знал много вещей, которые сэр Тревик не хотел предавать огласке, он любезно согласился взять меня в слуги.
— Боже, а я и не знала! — вздохнула госпожа Крент.
— Я позаботился о том, чтобы ты не знала.
— А Боуринг тебя не узнал?
— Нет, Мария. Я старался не встречаться с ним. Я не забыл, как он обошелся со мной.
— Скотина! — внезапно разозлившись, воскликнула старуха. — Наверняка это ты убил его!
— Фу! — Полуин взмахом руки отогнал облако дыма. — Я бы прикончил его более изощренно. Я, собственно, пришел спросить, почему сэр Тревик убил Боуринга, когда он мог просто держать его на коротком поводке? Скажи мне, Мария.
Госпожа Крент внимательно посмотрела на мужа:
— Я не знаю, чьих это рук дело. Сомневаюсь, что Ганнибалу хватило бы духа кого-то убить.
Теперь Иосия выглядел озадаченным.
— Но ты обвинила его, когда было зачитано завещание, — напомнил он жене.
— Да. Из-за того черепа в шатре.
— Значит, доказательств у тебя нет?
— Нет. Я очень разозлилась из-за того, что господин Боуринг оставил все свои деньги сэру Тревику.