Боуринг побродил по ярмарке и уехал в хорошем настроении, собираясь перезвонить ему, сэру Тревику, на следующий день. Насколько было известно баронету, Джон не думал о возможной скорой смерти, и сэр Ганнибал заверил следователей, что не может никак пролить свет на эту загадочную трагедию. А потом, в очередной раз заметив, что сильно сожалеет о потере столь хорошего арендатора, аристократ передал слово следующему свидетелю.
До сих пор никто не мог высказать разумного предположения о причинах убийства Боуринга, никто не мог даже предположить, кем мог бы быть этот таинственный, жестокий убийца.
Софи заявила, что покойный зашел в ее палатку, настроенный абсолютно скептически. Он бросил ей вызов и потребовал доказать, что в ее предсказаниях есть хоть капля истины.
— Вы же не считаете, что мы примем за истину этот фокус-покус, — раздраженно сказал следователь.
— Я и не ожидала, что вы мне поверите, — совершенно спокойно заметила Софи.
— Было ли что-то, что могло заставить вас подумать, что на обратном пути господин Боуринг попадет в аварию? — уточнил коронер.
Предсказательница задумалась:
— Все дело в Мертвой голове, — задумчиво протянула она. — Он, несомненно, боялся Мертвой головы.
Глава IV Последняя воля
Когда мисс Уорри с видом опытной актрисы произнесла эти слова — «Он, несомненно, боялся Мертвой головы», — наступило красноречивое молчание. Что она имела в виду, не знал никто, а коронер тем более.
Но Дерика вздрогнула, так как ей на память неожиданно пришла одна вещь.