Я не могу, пока Кирилл не окажется в безопасности за пределами России, вне досягаемости моего дяди.
Пусть даже временно.
Я на взводе.
Ощущение клаустрофобии, которое я испытывала с тех пор, как поднялась на холм, никуда не исчезло. Ни тогда, когда мы покидали русскую землю, ни тогда, когда приземлились в аэропорту, и даже не во время поездки к дому, на протяжении которой нас сопровождало большинство телохранителей Кирилла, включая Юрия и Максима.
Мне удаётся перевести дух только тогда, когда Кирилла поселяют в домашнюю клинику, и врач говорит, что ему нужен только покой, чтобы полностью выздороветь.
Анна плачет, увидев его. Карина бежит через весь сад, спотыкается и падает, но снова встаёт и когда добирается до его постели, начинает рыдать.
Юлия наблюдает за происходящим с порога со своим бесстрастным выражением лица, затем поворачивается и уходит. Как будто мужчина, борющийся за свою жизнь, не её плоть и кровь, не её старший ребёнок.
Как будто ей было все равно, что с ним случится.
Константин, однако, подходит и обнимает свою сестру, пока та рыдает и зовёт Кирилла по имени.
Эта сцена роет все глубже и глубже, чёрную дыру в моей груди, пока мне не становится трудно дышать и оставаться рядом с ними.
Несмотря на то, что я не хочу выпускать Кирилла из виду, рядом с ним много людей, которые заботятся о нем.
И мне нужно выбраться отсюда. Сейчас же.
Я выскальзываю из заднего входа клиники и иду через боковой сад без какой-либо цели или назначения.
Когда я нахожусь далеко от всего этого хаоса, я прислоняюсь к дереву и закрываю глаза. Холодный ветерок проскальзывает сквозь барьер моей одежды и пробирает до костей. Я глубоко вдыхаю, но все ещё не могу нормально дышать.
Я постукиваю себя по груди, глядя на облачное небо сквозь листву дерева. Но чем дольше я стучу, тем труднее дышать.
Что-то застряло внутри, и выпустить это наружу невозможно.
Что мне теперь делать?
Я явно предпочла Кирилла своей семье.
Но теперь, когда произошёл этот инцидент, я сомневаюсь, что он когда-нибудь снова будет мне доверять. Черт возьми, он может убить меня.
Что мне тогда делать? Умолять? Покинуть корабль и искать новую работу?
Может быть, мне нужно посвятить свою жизнь поискам моего брата Антона.