Я так же пытаюсь кусаться, но невозможно причинить какую-либо травму, когда у меня почти нет сил.
Не успеваю я опомниться, как оказываюсь полуголой перед их жадными глазами.
— Грёбаное дерьмо. Джекпот, босс, — мужчина, который раздел меня, ухмыляется. — Это женщина.
Я встречаюсь взглядом с Рай, которая видит свидетельство того, что я женщина, затем я опускаю голову, и из моих глаз скатывается слезы.
Я все испортила. Для себя. Кирилла. Всё тщательно выстроенное влияние семьи Морозовых.
— Развлекайся с ней, пока я развлекаюсь с этой, — лидер улыбается и обращает своё внимание на Рай.
Двое охранников толкают меня на пол. Один стоит у моей головы и держит меня за руки, а другой раздвигает мне ноги.
Пошли они к чёрту. Никто, кроме Кирилла, не тронет меня. Ни один грёбаный человек.
Я смотрю на Рай, и вижу, что она смотрит на меня в ответ.
Сейчас же.
Она открывает рот, но как только он засовывает свой член внутрь, она так сильно кусает его, что лидер воет, а кровь заливает её лицо.
Охранник пинает её, так что она отпускает босса, пока я пытаюсь бороться с тем, кто нависает надо мной и прижимает свой гнилой член к моему рту.
Чувство паники переполняет моё горло, когда реальность погружается в меня. Я никогда не прощу себе, если не остановлю это нападение.
Рай пинает того, кто на мне, и выхватывает у него пистолет. Я бью другого, затем загибаю его захватом за шею, отбираю у него пистолет при этом ломаю ему шею рукой.
Пошёл ты, придурок!
Волна энергии захлёстывает меня, когда мы с Рай стреляем во всех, кого можем.
Я подтягиваю брюки и застёгиваю их. Как только я поправляю одежду, мы прикрываем друг друга на выходе.
Когда мы выходим из комнаты, которая, кажется, находится в огромном подвале, мы направляемся по длинному коридору, оглядываясь на любые перекрёстки на случай, если кто-то из них последует за нами.
Рай вытирает кровь с лица тыльной стороной ладони и украдкой смотрит на меня.
— Тебя зовут Александр? Ты предпочитаешь, чтобы я тебя так называла?
— Александра, — я опускаю глаза.
— Спасибо, что помогла мне.
— В любое время.
Мы бежим так быстро по коридору, как только можем. Действие наркотика определённо начинает ослабевать, и адреналин помогает, но мы ещё далеко не в полной мере набрались сил. На самом деле, мне требуется много усилий, чтобы оставаться сосредоточенной во время бега.
Время от времени мне приходится качать головой, когда пол становится расплывчатым.