И не потому, что питаю к нему какие-то, кроме отвращения, чувства, а потому, что понимаю, насколько это опасно для меня самой. И ничего бы не было, если бы он не приказал убить меня!
Адвокат неожиданно заявил:
– Вы заблуждаетесь, Петр Петрович не приказывал убить вас. Это сделали другие люди, без ведома Витинского. И я вас уверяю, Петр Петрович, выйдя с вашей помощью на свободу, накажет их за самоуправство!
Голиков лгал. Но лгать ему приходилось чуть ли не на каждом шагу, поэтому делал он это, ничуть не смущаясь.
Маргарита изобразила удивление:
– Не приказывал?
Адвокат твердо заверил:
– Нет! И поверьте, он сожалеет о случившемся. Мы временами общаемся в следственном изоляторе, так вот Петр Петрович, насколько это позволяют условия тюрьмы, не раз интересовался вашей судьбой. Вы вправе не верить мне, но это так!
Рита ответила твердо:"
"– А я и не верю! Потому что не хуже вас знаю Витинского. Он ради собственного благополучия, а тем более безопасности, пойдет на все! Даже на убийство собственной жены, что уж говорить о подчиненном работнике? Нет, моя участь решена, и я это прекрасно понимаю! Но, в свою очередь, хочу предупредить, вы и свою жизнь подвергнете смертельной опасности, причем не эфемерной, а реальной!
– Что вы хотите этим сказать?
– Тот человек, что выкрал меня в поезде на станции Переславль, полюбил меня.
Адвокат поднял указательный палец вверх:
– Кстати, кто он, ваш крутой телохранитель? Откуда взялся? Кто перехватил вас у милиции?
Маргарита ответила:
– Кто он, я не знаю! Это правда.