— У меня есть для тебя сюрприз, — сказал Невио через некоторое время, возбужденно барабаня по рулю.
Я бросила на него настороженный взгляд. Это могло означать что угодно, и его нервная энергия определенно давала повод для беспокойства.
— Она волнуется, — сказал Алессио с сиденья справа от меня.
— Как и должно быть, когда Невио чем-то взволнован, — сказал Массимо, расположившись на заднем сиденье. Я сопротивлялся желанию рассказать ему о его шансах выжить в аварии, когда он не пристегнут. Он знал и ответил бы мне то же самое, что и в случае с курением.
— Я искал, чем бы тебя развеселить, и один из наших знакомых дал мне наводку на ферму по разведению этих сумочных собак.
— Чихуахуа?
— Будь здорова, — сухо сказал Массимо.
Я закатила на него глаза.
— Неважно, — сказал Невио. — Мы направляемся туда сейчас. Ты спасешь несколько собак, а мы посмотрим, сможем ли мы найти развлечение с заводчиками.
— Почему люди так поступают? — прошептала я, покачав головой, мое сердце наполнилось жалостью к бедному существу на моих руках.
Папа уже был на грани терпимости к собакам, поэтому я выбрала только одну из чихуахуа для себя.
Невио пожал плечами. — Они думают, что это мило — давать им огромные водяные головы и спичечные ножки, а меня называют извращенцем.
— Люди хотят собак, но не хотят обязательств по выгулу и содержанию.
Когда эти крошечные собачки хотят в туалет, хозяева запихивают их в кошачий туалет, а когда те не слушаются, носят их в сумочке.
— Это собака, а не игрушка! Она не должна быть удобной, — прошептала я, чувствуя, что близка к слезам.
— Если они хотят домашнее животное, которое не требует прогулок или подготовки, они могут завести хомячка или морскую свинку.
Массимо покачал головой из стороны в сторону, не соглашаясь. — Я читал статью о том, что хомяки — самые жестокие домашние животные.