— Что случилось?
Беспокойство в его голосе всегда согревало мое сердце, потому что это не было одной из сильных черт характера Невио.
— Ты ведь знаешь, что я люблю тебя, верно?
Темные брови Невио сошлись вместе, в его глазах замешательство смешалось с настороженностью. Его интуиция, как всегда, была на высоте.
— Просто скажи мне то, что ты хочешь мне сказать. Ты ведь не больна, верно?
Я быстро покачала головой.
— Не больна, нет. Я в порядке, физически, но я…
— Грета, просто скажи мне!
Мои глаза горели от слез, что я едва могла проглотить комок в горле.
— Последние несколько месяцев я встречалась с Амо.
Невио уронил руку и отступил назад, выражение его лица стало каменно-холодным.
— Что?
Низкая вибрация в его голосе вызвала мурашки на моей коже.
— Я люблю его.
Невио сделал еще один шаг назад, каждый мускул в его теле напрягся до предела.
— Ты любишь его?
Снисходительность в его голосе ранила сильнее, чем его ярость.
— Невио, пожалуйста, постарайся понять. Я люблю его и хочу быть с ним.
Он отвернулся с резким смехом, достал пистолет и выстрелил в зеркала.
Слезы побежали по моим щекам. Он поднял руку и выдернул осколок, отчего по его лицу потекла струйка крови.
— Значит, ты выбираешь его, а не меня, не нас, не нашу семью.
У меня пересохло во рту, сердце заколотилось, а руки стали липкими.
— Если ты уезжаешь из Вегаса, чтобы быть с Витиелло, значит, тебе на меня наплевать.
Не могу поверить в то, что он сказал. Это была неправда, и он знал это, но ему все равно удалось заставить меня чувствовать себя виноватой.
Я чувствовала это с самого первого момента, когда подумала о том, чтобы быть с Амо, потому что я знала, что это будет означать.
Его ярость была мощной, она обрушилась на меня, как лавина, от которой у меня перехватило дыхание. Дверь в балетную студию распахнулась, и папа, Нино, Алессио и Массимо вошли с пистолетами наизготовку.
Все они замерли, увидев нас.