Мои губы разошлись, но прежде чем я успела что-то сказать, жгучая боль заполнила мой живот. Я посмотрела вниз, проследила за вытянутой рукой мужчины, за его кистью и рукояткой ножа. Лезвия я не видела.
Он был спрятан в нижней части моего живота. Я моргнула, пытаясь понять, что происходит. Мужчина рывком вытащил нож обратно, что было еще больнее, и я хрипло закричала, а затем задохнулась на следующем вдохе, когда он снова вонзил нож в меня, на этот раз немного выше. Он снова вытащил нож, и я опустилась на колени и упала на бок.
Это было оно. Не так ли?
Охранники появились рядом со мной. Один из них прижал что-то к моему животу, и я закричала от боли. — Черт возьми, черт возьми! — пробормотал он, его глаза были безумными.
— Уберите от меня собаку! Уберите ее от меня! — кричал мой нападавший.
— Медведь, остановись, — прохрипела я.
— Ты еще пожалеешь, что эта собака не разорвала тебя на куски! — сказал другой охранник.
Горячее дыхание Медведя коснулось моей щеки, а Момо лизнул мою руку. Дотти и Тикап держались на расстоянии, охваченные ужасом. Я слабо улыбнулась.
Перед моими глазами промелькнуло столько лиц, пока я пыталась отдышаться от агонии. Так много людей и животных, которых я любила. Некоторые люди в последние минуты жизни сожалеют о многом, но как я могу сожалеть о жизни, в которой было столько любви?
Лицо Амо задерживалось, когда мое зрение становилось все более тусклым.
— Грета, — крикнул один из охранников, — оставайся с нами. Не закрывай глаза. Помощь уже в пути.
— Принесите мне эту чертову аптечку!
— А что с ним?
— Прострели ему ступни и коленные чашечки, придурок!
Раздались выстрелы, прорываясь сквозь вату в моих ушах. Последующие крики вскоре стихли.
Я по-прежнему смотрел на небо. Моя боль постепенно утихала.
30
Римо
Звонок телефона вырвал меня из сна. Черт возьми. Что теперь? Неужели эти ублюдки не могут разобраться со своим дерьмом без меня хотя бы на одну ночь? Я потянулся за телефоном. Один взгляд на определитель номера, и я спустил ноги с кровати и включил свет. Серафина спала в гостевой спальне, потому что была зла на меня. Я принял звонок, выходя из спальни.
— Что такое? — прорычал я.