В такие моменты я понимал, что оно есть, но бьется лишь для очень немногих людей.
Фабиано поймал мой взгляд поверх головы Серафины.
— Как она?
Я глубоко вздохнул. — Она справится.
Она должна была выжить."
"Мы с Серафиной опустились рядом с Невио, который уперся руками в бедра и уставился в пол, не обращая внимания на все вокруг.
— Я вернусь в особняк для дополнительной защиты. Позвони мне, как только узнаешь больше.
Фабиано направился обратно.
Через пять часов Нино вернулся из операционной.
— Она стабильна, — сказал Нино, но я знал, что это была хорошая новость. — Из-за тяжести ее травм врачам пришлось сделать гистерэктомию. Колену потребуется еще одна операция, но неизвестно, сможет ли Грета снова танцевать.
Серафина издала отчаянный всхлип и опустилась в кресло.
Невио протиснулся мимо Нино и пошел в операционную.
— Кто-то заплатит за это.
Он вышел на улицу, и вскоре я услышал разъяренный крик.
Серафина подняла на меня глаза.
— Сколько еще крови должно пролиться, чтобы это безумие закончилось? Разве этого не достаточно?
— Это часть этого бизнеса. И если это связано с Фамилией, то крови прольется много.
Она покачала головой, как будто не знала, кто я такой, что было чертовски смешно, учитывая, что пролитие крови всегда было моим любимым занятием.
— Римо, наша девочка борется за свою жизнь. Ты хоть понимаешь, что она потеряла? Она никогда не сможет выносить ребенка, возможно, никогда больше не будет танцевать. Неужели ты хочешь отнять у нее еще и Амо? Это жестоко, даже для тебя.
Слова Серафины ударили меня как кувалдой.
— Чтобы Амо и Грета были вместе, должно пролиться еще больше крови, поверь мне. Лука должен будет сделать кровавое заявление, которое он уже давно не делал.
Серафина напряженно кивнула.
— Пока это не кровь Греты, мне все равно, Римо. Ты всегда говорил мне, что хочешь, чтобы Грета взяла свою судьбу в свои руки. Ты всегда презирал женщин, которые принимают свою судьбу. Грета хочет быть с Амо. Дай ей это. Она достаточно настрадалась.
Я наклонился и поцеловал лоб Серафины.