Он явно понимал, что стоит в длинном коридоре, куда выходят двери всех комнат и любой желающий мог услышать его. В первую брачную ночь. Находясь вне спальни жены. Как она могла так поступить с ним? Конечно. Девушка понимала, как это выглядит со стороны. Женевьева что специально оскорбляла его?
— Я приказала выделить вам большую спальню, и туда отнесли уже ваши вещи, — проговорила она из-за дубовой двери, за которой скрывалась будто за щитом. Неужели девушка так боялась, что пряталась в комнате? Или она считала себя настолько выше его, чтобы открыть эту несчастную дверь?
— Это очень предусмотрительно с вашей стороны, — процедил Бэрен сквозь сжатые зубы.
Тишина за другой стороной двери стала просто оглушающей, бесконечно длинной.
— Я и вправду не думаю, что это мудрое решение, — наконец произнесла девушка. Женевьева сделала паузу, а его кровь потихоньку начинала закипать. — Я хочу уверить вас, что вы не должны чувствовать себя обязанным выполнять все супружеские клятвы.
В данный момент самым неотложным долгом, который Бэрен планировал осуществить — это стремление уложить свою невесту в постель, все его сомнения были сметены ее абсолютным отказом поговорить с ним наедине, не говоря уж об уважении к супружеским правам. Может быть, другой человек, с иным прошлым и согласился бы с ней, подумал Бэрен сердито. Но нет. Лишь взглянув на нее, любой мужчина отреагирует именно так, если, конечно, он не слеп и не глух.
— Пока моя обязанность — это быть здесь с вами, — сказал Бэрен. — Или вы хотите, чтобы ваш сюзерен подверг законность нашего брака сомнению?
Она снова замолчала, обдумывая его слова."
"— Он не посмеет, — ответила Женевьева, наконец. — Акатор не решится расспросить вас обо всем. Вас, близкого соратника короля.
Это было верно, конечно. Акатор являлся мелким арендатором с несколькими маленькими земельными владениями. Он не попытался бы оспорить законность брака одного из самых известных рыцарей в стране, человека, обладающего большим числом людей и значительным количеством земли.
— Откройте дверь, Женевьева, — почти проревел Бэрен, терпение рыцаря, казалось, на исходе.
— Это не было частью нашей сделки, — огрызнулась она.
— Но и так мы не договаривались, — прокричал Бэрен. Конечно, он мог бы взять топор и выломать дверь.