Рыцарь (ЛП)

Отряд быстро прошел сквозь нее и, шагая по грубым ступенькам, предназначенным для того, чтобы врагу было тяжелее по ним подниматься, они оказались перед воротами замка. Прежде, чем войти внутрь, Бэрен тщательно огляделся вокруг, хотя с ним и находилось достаточно людей, чтобы защитить рыцаря в случае нападения.

Клемент не вышел, чтобы встретить его, это могло быть признаком того, что он не собирался подчиняться своему бывшему оруженосцу. Бэрен, нахмурившись, осмотрел двор прежде, чем решил, что лорд, возможно, и болен.

Это вполне могло объяснить отсутствие Клемента, но зачем он его вызывал? Почему послал за Бэреном после всех этих лет? Его губы сложились в горькую усмешку, так как он не мог найти ответов на все эти вопросы.

Во дворе Бэрена поприветствовал неизвестный ему юноша, на лице которого одновременно читались и облегчение, и раздражение. Конечно, рыцарь не ожидал, что все его тут же узнают, да и сам не думал встретить тут много знакомых лиц, но он точно мог сказать, что Фарман был явно разочарован недостатком великолепия церемоний и приветственных речей, к которым они так привыкли при дворе.

Только Бэрен знал, что вряд ли люди Брандета стали бы его приветствовать таким образом. Но даже если бы они и были расположены к церемониям, у них не оказалось бы достаточно средств, чтобы организовать прием подобный мероприятиям, проводимым на турнирах.

Он подавил в себе воспоминания, которые так внезапно всколыхнулись в памяти. С того момента, как Бэрен получил этот призыв, мужчина чувствовал, что причина, по которой не хотел быть здесь — это боязнь того, что кто-то мог узнать его.

Гордость — один из грехов, присущих рыцарям, она порой изводила мужчину, и, без сомнения, он пройдет еще и не через такие испытания прежде, чем уедет отсюда."

"Уверяясь в своем решении, Бэрен, собрав своих воинов, вошел в зал, готовясь предстать перед своим первым демоном. Он остановился в центре комнаты, окинув все пристальным взглядом, полностью охватывающим помещение, которое внезапно погрузилось в тишину.

И снова удивился, насколько большей эта комната казалась ему раньше. Это место, меньшее, чем он помнил, было чище его собственного зала, и хотя здесь оказалось мало мебели, гобелены, которые привлекали внимание и притягивали взор, покрывали стены зала. Чтобы прервать затянувшееся молчание, Бэрен оглядел немногих людей, стоящих у стены, пока взгляд не упал на Хабарда — старого помощника шерифа. Сморщенный и сгорбленный, седовласый и вроде бы даже не опасный теперь.