Может быть, Раф был прав и они должны начать относиться друг к другу, как братья. Если они сделают это, то Купу и Лэну придется принять Дэйна старшим братом, и прислушиваться к его мнению.
Сейчас, лежа на полу и восстанавливая дыхание, они казалось, успокоились.
— Извини, — Дэйн вручил вазу Талу. — Я поговорю с ними.
Тал кивнул.
— Это только начало.
— Какого черта, ты говоришь, что я не пытался до нее достучаться? Я хожу на прогулки с ней почти каждый день. Я стараюсь разговаривать с ней, пытаюсь вытащить ее из раковины, в которой она закрылась.
"— Все, что делал бы ванильный мужчина. Алии нужно больше, и ты это знаешь.
Черт.
— Она такая хрупкая.
— Она также сабмиссив без твердого Доминанта. Она словно находится в свободном падении без подстраховки. Раф, Кад и я не вмешивались, надеясь, что вы трое будете действовать вместе, но…, — Тал покачал головой.
Черт побери. Тал не сказал ему ничего нового об Алии. Каждый инстинкт в его теле призывал его подчинить ее, но она только отталкивала его.
— Я не могу силой заставить ее увидеть то, в чем она нуждается, — аргументировал Дэйн.
— Я наблюдал за тобой и Алией, — сказал Кад, отступая. — Ты делаешь все, что в твоих силах, когда говоришь об этом. Но ты был очень осторожен с ней. Черт, мы все были. Но мои братья и я решили сейчас остановиться. Вы должны сделать то же самое.
— Мы испробовали столько всего, — добавил Раф. — Мы привезли сюда специалистов, обеспечили ее работу в благотворительности, чтобы отвлечь от неприятных мыслей, окружили ее семьей и друзьями из ее прошлого, которые помогли бы ей вспомнить прежние счастливые времена. Ничего из этого не сработало. Да, она вежлива, но больше не сближается с людьми.
Куп оттолкнулся от пола, поднимаясь на ноги.
— Она ужасно относится к себе. Алия думает, что она страшная и фригидная. Мы не можем исправить это, находясь на расстоянии от нее.
Лэн также встал на ноги, вытирая кровь со рта.
— Мне неприятно это осознавать, но я согласен с Купером. Все, что мы делали до этого, не работает. Мы относились к ней, как будто она слишком хрупкая. Мы почти убедили ее в этом. Но она не сломается.