Парень становится настоящей размазней, когда речь заходит о подобных вещах. Ты можешь выстрелить в него, и не услышать ни одного жалостливого вопля, но попробуй только отодрать лейкопластырь, и он тут же разрыдается.
— Это совсем другая боль, — проворчал Купер.
На самом деле, пару раз, когда его подстреливали, у него не оставалось другого выбора. Ублюдки, которые в него стреляли, не давали ему время для обдумывания сложившейся ситуации. Купер посмотрел на Алию, прокручивая в голове слова Дэйна и пытаясь найти хоть что-нибудь, ради чего он был готов вытерпеть любую боль.
— Купер Эванс, ты сейчас же позволишь мне продезинфицировать и перевязать эту рану, — сказала Алия, и поджала губы."
"Каким-то образом, годы борьбы с его старшими братьями и работой под командованием спецподразделения, великолепные изгибы перед Купером не так уж и сильно пугали его. Сексуальные? Да, черт возьми. И эти самые изгибы становились с каждой секундой все сексуальнее.
— Так уговори меня.
— Что?
Ее глаза цвета мокко прищурились.
— Жизнь — это постоянные переговоры, принцесса. Ты же изучала политологию, поэтому много что должна знать об этом.
Да, Куперу пришлась по вкусу эта идея. И без того хреновый день был полон дерьма; небольшая забава могла бы сделать его немного приятнее.
— Так что давай, начинай переговоры.
Алия начала постукивать босой ножкой по песку.
— Ладно. Я просто хочу сохранить тебе жизнь.
— И в благодарность я хочу сохранить твою. Раздевайтесь, принцесса.
Алия закатила глаза.
— Не будь смешным!
— Ты замерзла, Лия.
Они с Дейном уже говорили о том, что после заката температура понизится. А одеяла не успеют высохнуть. Алии нужно спать ближе к костру, и вдобавок к этому, ее нужно будет согревать своим телом. Но ничего не поможет, если она по-прежнему будет разгуливать в мокрой одежде.
Девушка нахмурилась.
— Я не буду расхаживать здесь голой.
Всего лишь небольшая уступка.