И как раз в тот момент, когда я уже собиралась по-настоящему начать беспокоиться, он откинул назад свою черноволосую голову и показал то, на что я никогда бы не поставила.
Самая большая, широкая и красивая улыбка исказила его лицо. В уголках его глаз появились морщинки. Превращая его в мужчину, которого мои глаза не могли охватить достаточно быстро. Человек, которого я никогда раньше не видела. Тот, кого мне стало очень, очень трудно ненавидеть.
Мое собственное лицо просияло при виде этого зрелища. Я почувствовала, как мои щеки напряглись от ответной улыбки — такой же большой, такой же широкой, такой же неожиданной.
А потом Аарон начал смеяться. Его голова откинулась назад, а плечи затряслись от смеха. И он делал это на сцене, перед всеми этими людьми и передо мной, как будто ему было наплевать на весь мир.
И я, по-видимому, тоже. Потому что в тот момент единственное, на чем я могла сосредоточиться, о чем могла думать, о чем заботилась, — это неожиданная и восхитительная улыбка и смех Аарона.
И насколько это было запутанно? Или, более того, насколько все было запутано, что я даже не заботилась о том, чтобы все было испорчено в первую очередь?
Прежде чем я смогла оправиться от этого — эффект чего-то столь обыденного, как улыбка, но это было так несвойственно в человеке, на которого мои глаза не могли оторвать взгляда, — он шагнул к центру сцены.
Из динамиков донесся голос Анжелы.
— Прелестно. Я уверена, что Патрику и его счастливой покупательнице, даме в голубым плптье, понравится все, что он приготовил.
Слишком увлеченная своим фальшивым парнем, который умел по-настоящему улыбаться, я не заметила, как кто-то сделал ставку на Патрика.
— И последнее, но не менее важное: у нас есть Аарон Блэкфорд. Леди, джентльмены, давайте начнем с полутора тысяч и запомним… — глаза Анжелы расширились, а затем она усмехнулась. — О, я думаю, мне не нужно напоминать вам, пожалуйста, делайте ставки на нашего последнего холостяка сегодня вечером, если вы хотите внести свой вклад в это дело.
Оглядевшись вокруг, я нашла причину этого. Более десяти разных людей уже подняли руки в воздух.